Она едва успела положить папку на край кожаного журнала учета, как вошел Гулиган.
– Я ничего не пила, – заявила Джиллиан.
– Ты в этом абсолютно уверена?
– Да. Мэг взяла у меня термос, но чай со льдом принесла она. Я терпеть не могу чай со льдом.
Прокурор внимательно посмотрел на нее и удовлетворенно кивнул. Потом открыл ящик своего уродливого стола и вытянул из него серебристую ленту.
– Ты знаешь, что это?
– Понятия не имею, – ответила Джиллиан, пощупав ленту. – Где вы это нашли?
– Рядом с термосом и стаканами.
– Что ж, – пожала она плечами, – скорее всего, это тоже принадлежит Мэг.
Эдди появилась в закусочной после обеда, когда наплыв посетителей уменьшился и Дарла с Роем сели играть в шахматы.
– Ты вернулась, – обрадовался Рой.
Фартук… Он надел фартук! Не успела Эдди осмыслить увиденное, как к ней подскочила Дарла.
– Делайла заболела, и мне пришлось работать в две смены. Даже не рассчитывай, что я не стану просить прибавки! – Повернувшись к Рою, она заявила: – Можно чеком!
И гордо выплыла в зал.
– Ты только посмотри на нее! – изумилась Эдди, сглотнув ком в горле.
– Да уж, – засмеялся Рой, – вышагивает, как королева красоты. Поди ж ты!
– Я уехала, и ты… ты…
Она не могла говорить, из глаз брызнули слезы. Эдди так устала держаться молодцом ради Джека, что бросилась в объятия отца – самое уютное место на земле.
– Дочка, – успокаивая, сказал он, – мне так жаль…
Эдди отстранилась.
– Папа, он не виноват.
– Тогда почему ты плачешь?
– Потому что я единственная, кто в это верит, – призналась Эдди.
Рой подошел к плите и налил полную тарелку картофельного супа с луком. Поставил ее перед Эдди, положил ложку.
– Ешь! – велел он.
– Не могу, кусок в горло не лезет.
Он поднес ложку дочери ко рту, и суп побежал по ее пересохшему горлу.
– Вкусно?
Эдди кивнула и взяла ложку. Рой заметался по кухне. Он положил на большое блюдо картофель и горячую морковь, добавил туда подливу и бутерброды и торжественно поставил все это перед Эдди.
Она не стала отказываться и набросилась на еду – она даже не предполагала, что так голодна!
– Лучше? – спросил отец.
Эдди почувствовала, что боль в душе немного стихла, и подумала, что, похоже, пища создает дополнительную защиту. Отец накормил ее, потому что прекрасно знал: лучший способ облегчить страдания – это смягчить надвигающийся удар.
– Успокойтесь, – заверила Джиллиан, переводя взгляд с одной подруги на другую. – Полиция ничего не знает.
Они сидели в небольшом саду за домом Дунканов, спрятавшись от посторонних глаз за зарослями роз.
– Отец меня убьет, – призналась Челси, – если узнает, что это был наркотик…
– А как он оказался там? – потребовала объяснений Уитни. – Мне очень интересно это знать, Джилли, поскольку именно ты отвечала за еду и напитки.
Остальные тоже посмотрели на Джиллиан.
– Я не говорю, что не стала бы пить чай… но я бы предпочла, чтобы выбор оставался за мной.
– Уитни, не будь такой занудой! Там его было с гулькин нос, и он не оказал на тебя никакого воздействия. Господи, от коктейля с вином и соком захмелеешь быстрее! – Джиллиан пристально посмотрела на подруг. – Подумайте хорошенько, той ночью кто-то из вас заторчал?
– Я танцевала без рубашки, – зло прошипела Уитни.
– Еще до того, как отпила из этого чертова термоса! – отрезала Джиллиан.
Глаза Мэг потемнели, в них читалось сомнение.
– Папа говорит, что это может испортить все дело.
– Мэтт Гулиган так не думает, – возразила Джиллиан.
– Только потому, что ты сказала, что наркотик принадлежал мне! Если присяжные узнают, что ты была под кайфом, они не поверят ни одному твоему слову.
– Мэг, я не была под кайфом! Не больше, чем ты.
– В таком случае почему я должна быть козлом отпущения?
Джиллиан прищурилась.
– Если ты откажешься, нам всем несдобровать.
– Почему это?
Остальные решили промолчать. Не стоит перечить Джилли. Это все знали.
– Послушай, Мэг, речь сейчас не о тебе и не обо мне. Главное – держаться вместе, чтобы наши рассказы совпадали. Как только мы рассоримся, все рассыплется.
Джиллиан нервно сглотнула.
– Не одна ты не можешь забыть ту ночь. Но разница между нами заключается в том, что ты не хочешь ничего забывать. – Мэг сжала кулаки. – Ты только, черт возьми, этим и живешь, Джиллиан! Если я скажу отцу, что никогда раньше не видела этот термос, неужели он решит, что мы ведьмы? Нет, он поверит мне на слово. Или я скажу, что это ты принесла термос, чтобы мы забалдели.
Джиллиан побледнела.
– Мэг, ты этого не сделаешь!
– Почему? – удивилась Мэг, вставая и продираясь сквозь заросли роз. – Ты же смогла поступить так со мной.
– Божественно! – вздохнул Мэтт Гулиган. – Еще раз.
Сидни Гулиган в одних чулках осторожно встала на поясницу мужа. Он хрюкнул от удовольствия, уткнувшись лицом в ковер. Молли, которая сидела в детском стульчике, захлопала в ладоши.
– Мне кажется, это не самое поучительное для нее зрелище, – заметила Сидни.
– А что такого? Мамочка топчется у папочки по спинке. Она слишком мала для метафор. – Мэтт охнул, когда Сидни наступила на особенно болезненное место. – Знаешь, почему я на тебе женился?
