Что характерно, с преступными намерениями, хе-хе. То есть у мэра Хименеса однозначно рыльце в пушку. Но мэр Хименес это еще не вся Колония Мира Эндрюса. Помимо него есть еще почти две тысячи человек. И они – в основном – ни в чем не виноваты. В глобальном плане конечно же. Так-то у любого за душой целая куча грешков найдется. Да и скелеты в шкафу наверняка имеются. Как у той принцессы из истории про дракона, обнаружившего лишних в собственной коллекции.
– Господа, господа, хватит пререкаться! – прервал я спорщиков. – У вас было достаточно времени для выяснения отношений. А сейчас давайте говорить конструктивно. Нам необходимо выработать такое решение, которое устроило бы всех, включая Службу нейтрализации, персонал которой понес крайне серьезные потери в ходе миссии. И их неплохо бы компенсировать.
– А что случилось? – заинтересованно уставился на меня мэр Хименес. – Не расскажете, сеньор Болт?
– Поинтересуйтесь у сеньора Голдстейна, – технично перевел я стрелки на корпа. – Пусть поделится подробностями.
– Какими, сеньор?
– Леденящими душу, какими же еще? – пожал я плечами. – Кстати, господа, не забывайте: разговор под запись. Мисс Джули, постарайтесь взять наилучший ракурс. Мы же все заинтересованы в надежной гарантии, правильно я понимаю?
Ответом мне послужило дружное молчание, из чего я сделал вывод, что возражений со стороны высоких договаривающихся сторон не последует. Ну а коли так, то и я в выражениях стесняться не стал:
– Сеньор Голдстейн, а не соизволите ли объяснить, за каким, извините, лядом вы организовали ракетный удар по транспорту «Альфа-взвода» в поселении Рио-Плата? Или станете отрицать очевидное?..
– А с чего вы вообще решили, что это я, мистер Болт? – раздраженно фыркнул Голдстейн.
– Значит, станете, – сокрушенно покачал я головой.
Потом с шумом и грохотом пододвинул к себе единственное незанятое кресло, установив его так, чтобы оказаться сбоку от спорщиков и на примерно равном расстоянии от них же, и плюхнулся в него, едва не развалив мебель массивной от брони тушей. Кстати, втиснулся тоже с изрядным трудом, а все из-за «разгрузки» с боекомплектом! Но избавляться от снаряги не стал, разве что шлем рядышком на полу пристроил да «калаш» справа к креслу прислонил – прикладом вниз, а стволом, соответственно, вверх. И да, это тоже вполне осознанное действие: что Хименесу, что Голдстейну очевидно – быстро воспользоваться оружием я не смогу. Ну а чуток повернутую на переднюю поверхность бедра кобуру оба как-то упустили из вида. Хотя почему как-то? Снова старый проверенный трюк со смещением фокусировки. А я, чтобы создать окончательную иллюзию безопасности, еще и перчатки стянул, как и Макс незадолго до того. И все это под перекрестными взглядами спорщиков, нарочито демонстративно.
К слову, не только их – Юлька тоже меня вниманием не обделила. Но это ее прямая обязанность как оператора-постановщика. Да, некое понижение в статусе, но здесь и сейчас именно я примеряю на себя роль интервьюера. Ну а на ее долю остается подбор наиболее выгодных ракурсов, как я уже и говорил. То есть сидеть ей некогда, то и дело приходится круги нарезать, смещаясь то к одному, то к другому, а то и вовсе к третьему – ко мне. Ничего, сейчас примелькается, и на нее тоже перестанут обращать внимание, как уже не обращают на Макса с Эухенио. Оба к текущему моменту превратились даже не в статистов, а в предметы мебели. Со всем уважением к мебели, конечно же.
– Что ж, вернемся к нашим баранам! – нарушил я подзатянувшуюся – по моей, хе-хе, вине – паузу. – Я не совсем корректно сформулировал вопрос, мистер Голдстейн. Возможно, лично вы и не организовывали. Но точно отдали соответствующую команду, потому что больше некому. В Мире Эндрюса именно вы главное должностное лицо Корпорации «NOX Biotechnologies». Это я точно знаю. И с этим даже вы, я уверен, не поспорите.
– С чем именно? – ухмыльнулся корп. – С тем, что я отдал приказ?
– Нет, с тем, что вы главный, – невозмутимо парировал я.
Не знаю, почему, но я решил, что сейчас лучше всего копировать манеру общения Деда Максима, демонстрируя непоколебимое спокойствие и не размениваясь на дешевые эмоции. Плюс столь же непробиваемая уверенность в собственной правоте. И хрен с ним, пусть Голдстейн решит, что я упертый идиот. Так даже лучше. Он будет вынужден опуститься до моего уровня, и здесь я задавлю его обширным опытом.
– Хм… а ведь и впрямь не поспоришь! – с неким даже изумлением осознал Голдстейн. – И что же из этого следует, мистер военный?
