– Во-первых, не военный… – начал было я, но потом махнул рукой: – Не важно! Важно другое: раз вы главный, то и основная ответственность за действия подчиненных также ложится на вас. И меня в принципе не интересует, были ли вы в курсе намерений отдельных нижестоящих должностных лиц или пребывали в счастливом неведении вплоть до самого инцидента. Пардон за витиеватость речи, но вы меня поняли. К тому же рассматриваемый нами случай подпадает под соответствующий пункт Устава вашей же собственной Корпорации. Тот самый, что наделяет вас чрезвычайными полномочиями при исполнении руководящих функций в филиале, пребывающем в автономном режиме. А где чрезвычайные полномочия, там и повышенная ответственность. Прошу обратить на это особое внимание при фиксировании результатов! – глянул я на Юльку, вернее, в объектив ее гоупрошки.
– Ладно, выражусь иначе, – признал собственное бессилие против бюрократии Голдстейн. – Вы, мистер военный, можете доказать, что вас атаковал корабль, принадлежащий именно Корпорации «NOX Biotechnologies»? Я уж не говорю о такой мелочи, как сомнительность самого факта ракетной атаки. Нельзя ведь исключить, что это сработало в нештатном режиме что-то из наследия Предтеч, верно? А может, ваших людей местные хищники загрызли, и вы теперь пытаетесь свалить вину на меня, вместо того, чтобы признать некомпетентность себя самого и подчиненных?
– А ты хорош! – одобрительно покивал я, наставив на корпа указательный палец правой руки.
Ну а чего? Вон как запел, когда к стенке приперли! Казенщина такая, что ажно уши в трубочку сворачиваются. А ведь я привычный! Про Юльку вообще молчу, ее тонкую, а потому весьма ранимую репортерскую душу будем исцелять позже. Так что реально достижение! Причем не из последних.
Корп, что характерно, даже ухом не повел. А значит, все идет по плану, что не может не радовать. Что я имею в виду? Да так, мелочь. Лично я бы в силу профдеформации непременно дернулся – еще бы, самый потенциально опасный объект на тебя рабочую руку наставляет! А если в ней пистолет? Ну да, сейчас нет. А потом? Но у Голдстейна рефлекс не сработал. А значит, силовик он лишь номинально. Больше так называемый эффективный менеджер и карьерист. Что ж, нам же проще. Карьеризм априори подразумевает умение вовремя прогнуться под сильных мира сего. А мы, «Альфа-корпус», именно на эту роль и претендуем. Потому что, если не мы, то кто тогда? Мэр Хименес? Шериф Меркадо? Не смешите мои тапочки. За подобное предположение, да еще и высказанное вслух, вас даже Эухенио на смех подымет.
– Положение обязывает, – все же принял мою – весьма сомнительную – похвалу Голдстейн. – Много вас таких.
– Каких, если не секрет? – полюбопытствовал я, исключительно чтобы поддержать более-менее завязавшуюся беседу.
– Прытких и наглых, мистер военный! – поставил меня, как ему показалось, на место корп. – Чтоб вы знали, мистер Голословные Обвинения, Корпорация «Нокс» предпочитает работать исключительно в правовом поле…
– …если оно есть, разумеется, – перебил я излишне разговорившегося Голдстейна. – Впрочем, когда его нет, то и все претензии оборачиваются… как бы это помягче? Пшиком, вот!
– В отсутствие правового поля все сотрудники Корпорации «Нокс» руководствуются ее внутренними правовыми актами, которые в этом случае имеют наивысший приоритет, мистер Знаток Юриспруденции! – снова мастерски срезал меня корп.
Правда-правда, хе-хе.
– Действительно? – удивленно заломил я бровь. – А не подскажете, что у вас в Уставе говорится насчет ракетных обстрелов транспортов Службы нейтрализации? И тем более об уничтожении ее сотрудников?
– Повторяю: у вас нет доказательств! – уперся корп.
Хм… ожидаемо, что уж тут. Впрочем, на этот – весьма условный – аргумент у нас найдется свой довод. Да-да, как на каждую хитрую задницу болт с левой резьбой и мелкой насечкой. И речь в данном случае отнюдь не обо мне, хоть каламбур и неплохой получился. Собственно, как раз для этого Макс мэровский комп и оккупировал. Так-то можно было и не выпендриваться, подключиться к сетке удаленно, как он и поступил, пока мы в Рио-Рохас торчали, но тогда бы у Голдстейна появился лишний повод обвинить нас в голословности. Понятно, что он и без того до последнего будет отнекиваться, но у нас ведь и помимо корпа есть объект воздействия, не правда ли?..
– Старший техник Кузнецов? – вопросительно покосился я на Деда Максима.
– Слушаюсь, господин мастер-лейтенант, – среагировал тот, все так же уткнувшись в клавиатуру. – Один момент.
Понятия не имею, что там Макс с местной локалкой сотворил, но даже для мэра Хименеса ожившая левая стена стала изрядным сюрпризом. Судя по всему, он об этой ее функции даже не догадывался. Какой? В сущности, вполне для Предтеч обычной – она служила активной зоной компьютерного комплекса и в том числе могла выступать в роли масштабируемого дисплея. Не просто экраном для проектора, а именно что видеоматрицей. А Макс ее еще и подстроил таким образом, чтобы картинка вполне уместилась между спорщиками. Да и глазами косить никому не пришлось.
