Спрашиваете, что за свидетели? Да все те же. И там же. В кабинете мэра, судя по обстановке, служившим ему еще и жилищем, мы с Джули позволили себе немного расслабиться, то есть не просто развалились в предложенных Хименесом креслах (хозяину кабинета, законное место которого за монструозным столом занял Макс, тоже стоять не пришлось), но и избавились от части снаряжения. А именно сняли шлемы, пристроив их под рукой на подлокотнике. Ну а чего? Помещение герметичное, воздух фильтруется и даже чем-то освежается, так что ни вони из не таких уж и далеких джунглей, ни местных микроорганизмов, с которыми желательно познакомиться как можно позже, нет. Вернее, их гораздо меньше, чем на открытом воздухе. А мисс Джонс изначально к соблюдению техники безопасности отнеслась откровенно наплевательски, даже не подумав загерметизировать шлем при высадке. К чему? У нее, в отличие от нас, профдеформированных маньяков, паранойи нет. Зато есть полный набор прививок и антидотов, а еще макияж и прическа, на которых переход на замкнутый цикл дыхания скажется самым отрицательным образом. Ну это она так объяснила, когда я ей попенял на нарушение дисциплины. Впрочем, сама она выразилась куда проще: тушь потечет и волосы растреплются. Чем, надо сказать, в очередной раз меня поразила – раз знает такие тонкости, значит, уже сталкивалась со сходным снаряжением. Внимание, вопрос: а где, собственно? Естественно, уточнять, да еще и на ходу, я не стал, но зарубку на память сделал. Опять же, к чему лишний раз нервировать местных? Вон, корп, который Голдстейн, уже свалил в туман, насмерть разобидевшись. А оно нам надо, колонистов против себя настраивать? Правильно, не надо. Это я к тому, что мы никого, за исключением мэра, о роде деятельности мисс Джонс в известность не поставили. Девица и девица. Стройная, симпатичная, да еще на фоне местных фемин выделяется экзотичной внешностью. Ну и что? Подумаешь, косятся парни с известной долей любопытства! Ну так на то она и экзотика, чтобы издали полюбоваться, а аппетит утолить более доступными плодами – пусть не привозными «персиками», но зато местными «авокадинками» и прочими «манго». Примерно такие мысли читались во взглядах каждой второй представительницы прекрасного пола, что попадались нам по пути. Да и кого удивишь экзотикой в прекрасном новом мире?
И это я без шуток. Мир действительно прекрасный. И перспективный. Поверьте моему опыту, людям мэра Хименеса достался в наследство далеко не самый плохой вариант – их вымершие предшественники в плане инженерного и архитектурного мышления особой извращенностью не отличались. Здания как здания, разной формы и высоты. Улицы как улицы, с твердым покрытием и четко разделенными пешеходными и транспортными зонами. Да, все это потихоньку приходило в запустение, что и неудивительно, за семьдесят-то лет! Ну, плюс-минус. Однако осталось и много такого, к чему можно приложить руки. Колонисты, кстати, за те неполные два года, что миновали со дня основания Рио-Рохас, неплохо обжили алиеновское наследие: тут и там виднелись пятна свежей краски, там и тут попадались аккуратно засыпанные ямки, ну и много – очень много! – окон забрано в банальный (и крайне дешевый) прозрачный целлулоид. Последнее обстоятельство более чем понятно: у сгинувших Предтеч воспринимаемый органами зрения спектр немного отличался от человеческого, а потому местные материалы, заменявшие стекло, казались людям мутноватыми, ну и до кучи довольно сильно искажали картинку. Так что пришлось колонистам этим вопросом озаботиться в первую очередь, благо проблема эта оказалась наиболее серьезной из всех, с которыми им пришлось столкнуться. За исключением, понятно, продовольственной безопасности – на импорте долго не протянешь. Зато и с эндемиками жили душа в душу, поскольку не конкурировали за источники пищи.
