Полночь застала Сашу на Гостинке. Петр задерживался. Мимо сплошным потоком сновали, крутя верхними частями туловищ, туристы, катили на роликах и самокатах тщедушные хипстеры, вразвалочку шагали крепкие парни по дороге к Думской. Город жил, цвел и пах, но больше всего пах — из какой-то дыры пованивало канализацией. Целью предстоящей встречи объявлена была расклейка листовок к акции. Саша изрядно волновался — это была его первая совместная вылазка со «Справедливыми». Поднимаясь на эскалаторе, он вспоминал «Бесов» и невнятную революционную романтику: Ленина в шалаше, Че Гевару и газету «Искра». Еще Туруханский край. «Ладно, — понадеялся он — до этого не дойдет».
Петр угрем вынырнул из-за угла в своих модных обтягивающих штанишках и ослепительно белой тишотке, радужные кеды блестели на ногах. Лицо его украшала странная кривая улыбка, как будто художник-визажист перестарался и оттянул правую половину рта чуть ниже чем следовало. «Что-то принял», — подумал Саша. Товарищи обменялись крепким рукопожатием.
— Ну чо, двинем? Не боись, много расклеивать не придется, все равно до утра не довисят, — утешил приятеля Петр.
— Как, что с ними случится?
— Менты сорвут.
— Зачем же их вешать?
— Для фоток разумеется! Это наше предварительное уведомление, сто первое предупреждение и демонстрация намерений! Завтра о наших подвигах напишут в СМИ, расскажут в на «Карактице», осветят на «Эхе Свободы» и в «Русской службе BBC». Все уже предупреждены и ждут картинок!
Они молча свернули на Садовую. Из крупноформатной, в желтоватую клеточку сумки «Луи Виттон» Петр достал клей и несколько цветных прокламаций. На фоне флага России значилось:
Штаб Повального
Митинг Против Коррупции!
Выгоним воров из Кремля!
День Знаний, 1 сентября.
Притулившись возле толстенной колонны Гостиного двора, помнящей еще революционные прокламации 1917 года, Петр ловким движением нанес клей на обратную сторону бумаги и крепко прижал плакат к стене. Отошел, полюбовался результатом, сделал несколько фоточек. Вдалеке появилась, поблескивая маячками, бело-синяя полицейская «мазда».
— Шухер! Менты! — крикнул Саша, и друзья заскочили в подворотню. Переулками они вышли на Невский. По проспекту еще шатались запоздалые прохожие, парочки в обнимку и молодежь подшофе. Петр в наглую вытащил плакат и быстро наклеил его на стену одного из зданий. Как только он отошел для фотографии, в нескольких метрах от них затормозил патруль ДПС. Ребята резко рванули на боковую.
— Ладно, потрудились и хватит. Что за день такой, их как тараканов на кухню выпустили!
Дворами добрались до Рубинштейна, по-ходу ляпая то там, то тут шальную прокламацию. Саша поднял голову: яйцеобразные чаши фонарей еще светились, заволоченное белыми костьми небо пересекали бесчисленные провода, как будто шаловливые гаргульи играли в классики, каждый раз рисуя новое поле. За дверями клуба друзей встретил лоснящийся мускулами надменный фейсконтроль в квадратном малиновом пиджаке «назад в 90-е». «Крутой прикид!» — восторженно шепнул Петр Саше на ухо, подавая громиле руку. Друзья присели в центре зала.
— Паришь? — достал Петр из сумки массивный «Гик Цунами Вейп», его матовая сталь нежно бликовала на свету.
— Никогда не пробовал… — смутился Саша.
— Ща запарим канифоль, обторчимся! — заржал Петр.
Он залил в вейп ароматной жижи и осторожно потянул. Далеким огоньком надежды зажегся на дивайсе светодиодный элемент. Воздух вокруг напитался густым ароматом шоколадной ванили.
— Это разрешено?
— Здесь все разрешено! — гордо сообщил Петр, рассеивая мегатонны сладкого пара. — Дуй! — протянул он Саше агрегат.
Саша взял в руки вейп, вдохнул… «Будто кремовым тортиком объелся!» — вынес он вердикт. Организм активно засигналил о необходимости пройти в уборную. Изнутри клуб напоминал запутанный клубок полутемных помещений, в каждом из которых Саша натыкался на молодых парней, сосущихся, трущихся и целующихся по углам. В одном из закутков он увидел парня, тот стоял оперевшись об стену, приспустив штаны. Его приятель, на коленях перед ним, сочно причмокивал. «Хм… — вздохнул Саша. — Вот занесло!» Около туалета толпился народ — в одной из двух кабинок, судя по звукам, кто-то трахался. Ребята в очереди, хихикая, косились на запертую дверь, подтягивали руки колесом к бедрам и заговорщицки подмигивали друг другу.
Вернувшись, Саша нашел Петра возле бара; рядом с ним каланчей возвышался двухметровый шатен с начесом а-ля Элвис, облаченный в переливающийся блестками блейзер. Мастерски подведенные стрелки составляли архитектурную композицию с бровями на его изможденном кокаином лице. Блондин казуально приобнял Петра за талию. Перед молодыми людьми скучали два полупустых бокала виски, бликующими айсбергами плавали в них хрусталики льда.
— Познакомься, это Флака, — представил Петр знакомого.
— Вы обворожительны! — манерно протянул Флака, кокетливо дотронувшись до Сашиной сорочки. Сашу передернуло.
— Простите, я тут случайно, — намекнул он Флаке.
