Вдруг они сорвались. Бросились как овчарки. Видимо, поступила команда — отряды полицейских, в черных касках, бронежилетах, с дубинками наперевес, — врезались в толпу, клином разделяя митингующих. Первые попавшие в котел даже не пытались вырываться, но чем больше было задержаний, тем активнее люди сопротивлялись. Саша попробовал выскользнуть с тыла, но все выходы оказались плотно перекрыты. Возле решетки Александровской колонны откормленный хряк из ОМОНа тащил в автозак субтильную неформалку в пестрых индийских штанах и футболке «dont fuck with me». Девушка отчаянно сопротивлялась, и ОМОНовец для пущей убедительности задвинул ей коленом в живот — она сложилась конвертиком. Этого Саша вынести уже не мог — подскочив сбоку, он изо всех своих сил и социальной ненависти занес «космонавту» в башню. Тот покачнулся, потерял хватку, и, выпустив жертву, свалился на асфальт. Саша сгреб девушку в охапку и помчался прямо в расщелину, случайно образовавшуюся в кольце. Они вырвались из круга оцепления и наутек бросились к набережной Невы, через Дворцовый мост и Стрелку к Петропавловской крепости, пока не оказались на Горьковской; тут они остановились. Саша разглядел спасенную — она оказалась милашкой. Фиолетовые дреды, закинутые за спину, открывали очаровательное личико с щечками и пунцовым от бега румянцем. Девушка дрожала.
— Ты в порядке? — спросил Саша.
— Да… Вроде цела… — перевела она дыхание.
— Рука не сломана?
Она согнула несколько раз руку в локте.
— Вроде на месте.
Саша затянулся сигаретой, предложил девушке.
— Как тебя зовут?
— Маша.
— А я Саша, — впервые улыбнулся он, — ты из какой колонны?
— Я с ЛГБТ, а ты?
— Я от «Справедливости».
Они зашли в ближайшее кафе и заказали два капучино.
— Нас предупреждали, что будет винтилово. Я, правда, думала, они его еще на Марсовом устроят, — сказала девушка.
— Кто предупреждал?
— Свои люди в МВД, — она заговорщически подмигнула. — Говорили, что менты спровоцируют драку, а тех, кто будет сопротивляться, закатают по статье.
— Какой статье?
— Неповиновение сотрудникам полиции или массовые беспорядки, смотря что взбредет в их дурные головы. Кстати, я бы на твоем месте уехала из города. Стоит залечь на дно, пока не уляжется.
Саша медленно потягивал свой кофе, наслаждаясь пережитой опасностью. Только сейчас он обратил внимание, что время исчезло. Стоило ему подойти к черте на расстояние двух локтей, как бег времени пропал: прошлое забылось, будущее растворилось, и осталось только настоящее. А вместе с ним — ясность и четкое видение ситуации. «И то верно, — понял он. — Действительно надо уехать!»
— Спасибо тебе! — сказала девушка с благодарностью.
— За что? — вернулся на землю Саша.
— За то, что спас меня от этих варваров.
— А, это… Как же было не спасти. Он тебя чуть в бараний рог не согнул. А ты вон какая… хрупкая. — Саша с нежностью посмотрел на девушку.
— Да, это была жесть!
Она помолчала.
— Хочешь пойдем ко мне, у меня вино есть, — предложила, опустив глаза.
Чувственные губы ярко выделялись на ее пряном лице.
— А пойдем! — согласился он.
Поздним вечером Саша вышел от девушки. На улице болотная кикимора по-прежнему правила свой промозглый бал, но в Сашином теле билось радостное возбуждение. Машина быстро мчала его по питерским улицам среди тонущих в мглистом тумане готических замков и барочных дворцов к Московскому вокзалу, где его уже ждал ночной поезд в Москву.
