— Ты все не веришь, что тебе придется сражаться со мной, — фыркнул учитель, вытирая с лица капли дождя. — А меж тем, сила Габриэля возросла. Если он захочет подчинить мою волю, он это сделает.
Зою пронзило страхом, как молнией: волна ужаса прошла через каждую клетку. Но если учитель рассчитывал, что своими словами подогреет энтузиазм подопечной, то он ошибся. Зоя защищалась, но сама прекратила атаковать, не в силах выбросить из головы страшные картины, в которых ей приходилось всерьез драться с Хэвеном. Словно сейчас ей оставались последние часы, в которые можно не хотеть его убить.
— Бейся же, ну! — учитель двинул девушку ногой в грудь.
Зоя обессиленно откинулась, позволяя себе упасть прямо в грязь и не заботясь о чистоте одежды. Она чуть было не закрыла глаза: уже расслабилась, сдалась. Но Хэвен напрыгнул на нее сверху и ударил в лицо. Так страшно ее не били несколько сотен лет в прямом смысле — безжалостный, нацеленный на максимальный ущерб хук чудом проскользил по скуле, когда девушка инстинктивно сжалась. Второй пришелся на другую сторону лица, впечатал голову Зои в грязь.
— Ведро… еще… не полное, — между ударами выдыхал Хэвен. Зоя защищалась жалко, по-девчоночьи, забыв всю науку: просто испугалась.
— Если хочешь победить, попробуй сбросить меня с себя, — крикнул Хэвен, заглушая шум дождя и гул крови в ушах ученицы. Он знал, что у нее достанет силы поднять его, ведь раньше она уже это делала.
Но теперь Зоя была разбита. Ей стоило неимоверных усилий спихнуть с себя учителя: сперва она только дергалась, как пойманный в тиски зверек, но потом, чувствуя, как на секунду вспыхнули на коже полосы, выгнулась, уперлась ногами в землю что есть силы, и вывернулась, освобождаясь от вмявшего ее в грязь Хэвена. Полосы погасли, не успев толком показаться.
Зоя вскочила на ноги под смех учителя. Перед глазами у нее все плыло и плясало, но из-за дождя ей казалось, что это еще не обморок. Еще никогда она не испытывала столь гадких ощущений: тошнота, подкатившая к горлу, тонкий писк в ушах, словно на неработающем канале телевидения. Хэвен поднялся на ноги легко, не замечая ни дождя, ни грязи на одежде. Он видел перед собой только Зою, в миг ставшую из ученицы противницей. И вот тогда девушка вспомнила, какие чувства испытывала к Хэвену с начала знакомства. Пусть в Неблагом Дворе и распространялись слухи, что у них роман, но кто, черт побери, серьезно поверил, что можно завести отношения с кем-то, внушающим столь сильный ужас?
Зоя отпрянула назад, словно ее толкнул полыхающий взгляд Хэвена, поскользнулась и упала, вскочила, как могла, быстро, и, не спуская с Хэвена глаз, медленно попятилась.
— Если ты сейчас же не начнешь шевелиться…
Хэвен не договорил, атакуя. Ученица с трудом увернулась, так что нога Хэвена только выбила фонтан грязных брызг из раскисшей земли. Но второй удар пришелся ей по голове, оглушая. На несколько мгновений ослепнув и оглохнув, Зоя откатилась к каменной глыбе, едва не сшибив ногой ведро. Если б она разлила воду, догадалась девушка, Хэвен бы просто заставил ее начать все заново.
Зоя медленно, преодолевая себя, поднялась, обхватила глыбу камня руками, надсадно кашляя, так что под лопатками согрелась точка боли, прижала ладонь к щеке — не только мокро, но и липко, густо. Отняла пальцы, взглянула — нет, не кровь, просто грязь. Все в порядке.
— Я учу тебя, а не убиваю, — Хэвен догадался, что она боялась, будто он разобьет ей увечную глазницу, так, что кость раскрошится.
Мужчина взял ведро и вылил воду из него на Зою.
— Вот теперь можешь передохнуть.
Она сползла на землю, не в силах подняться на дрожащих ногах, тихо захныкала, неразличимо за шумом дождя, утерла нос и лоб, только размазав по лицу грязь.
— Я не обозлился на тебя за то, что увидел в Самайн. И не разочаровался. Просто я думаю, как ты собираешься защищать то, что по-настоящему любишь, не имея на то сил? В первую очередь, душевных…
Зоя сжалась, в груди у нее похолодело: она подумала об Айкене.
— Мы начнем заново, когда ведро вновь наполнится водой?
Хэвен ухмыльнулся, щелкнул пальцами, в пелене дождя меж его ногтями блеснул тусклый зеленый огонек.
— О да. Ты ведь догадываешься, что наполняться, пока ты отдыхаешь, оно будет быстрее, чем пока мы бьемся?
Зоя поднялась, прокашлялась, нажимая пальцами на шею, чтобы выплюнуть грязь, если она попала в дыхательные пути.
— Что ж. Ты перестал меня жалеть, я перестала строить из себя валькирию. Будем драться, пока я не смогу подняться, тогда оба будем довольны, — и она сцепила руки в замок. А потом бросилась на мужчину. Хэвен улыбнулся, уходя от удара и перехватывая противницу за плечи. Ее кожа горела, готовая покрыться полосами.
И сегодня я встретил
Ту, кого я так ждал,
Ту же гордость заметил,
Ту же томность узнал.
