Вместе с флитами они вернулись к Бенедикту (который успел уже три раза прокатиться на американских горках), потом все уселись в его жёлтый «Мини Купер» и поехали в сторону Темзы. Мама Бенедикта жила в Ламбете, поэтому он согласился на пару часов высадить Эди и Чарли у Ватерлоо. Эди сказала, что они собираются погулять по Южной набережной Темзы и посмотреть на рынок и на выступления скейтеров на площадке. Она не добавила, что помимо этого они намерены зайти в тоннель.
– Всё нормально, только держись рядом с Чарли и не делай глупостей, – сказал Бенедикт.
Видя, как Хрустальный дворец скрывается вдали, Эди жаждала отправить Джунипер сообщение в соцсети, однако не могла допустить, чтобы та заподозрила, что Эди имеет какое-то отношение к срабатыванию пожарной тревоги. Вместо этого она написала своё сообщение на окне машины Бенедикта, аккуратно выведя пальцем на запотевшем стекле: «Ну, и кто теперь королева фей?»
Своды оказались чередой, рядом заброшенных железнодорожных арок за вокзалом Ватерлоо. Перед арками стояли лужи воды, кирпичи были влажными на ощупь. Эди подумала о древних болотах Темзы, ныне лежащих глубоко под ногами.
Эди и Чарли прошли через тоннель на Лик-стрит, где художники рисовали яркими аэрозольными красками граффити на бетонных стенах – огромные буквы и изображения. Шкатулка флитов сейчас стояла в багажнике машины Бенедикта, и Спекл решил остаться внутри с «утешительным орешком». Нид сидел на плече у Чарли, рассматривая граффити.
– Вот оно! – воскликнул он, увидев имя Эльфин, написанное голубой аэрозольной краской; Нид настоял на том, чтобы рядом написали и его имя тоже.
Как только с этим было покончено, они услышали резкий свист, и перед ними появилась Эльфин.
Она провела их через узкую дверь, незаметную с улицы, в небольшое помещение. Эди увидела старый электрический генератор и кучи хлама – пустые баллончики из-под краски, древние железнодорожные шпалы, пластины гофрированного железа. В воздухе пахло чем-то тёплым и металлическим, похожим на стоячую воду и свечи зажигания. В дальней части помещения, у кирпичной стены, устроили лагерь соплеменники Эльфин, флиты Сводов.
Эди и Чарли опустились на колени. Чиркнула спичка – и загорелась, словно крошечный факел. Сквозь её пламя трудно было что-либо рассмотреть, однако Эди различила собравшиеся вокруг них фигурки – их было примерно восемь. Здешние флиты выглядели более урбанистическими, чем семья Импи. Одежда на них была камуфляжной расцветки, вся в пятнах грязи, волосы, как и у Эльфин, торчали острыми пиками. У некоторых на поясе висели рогатки.
Нид в восхищении взирал на них. Эди догадалась, что таких интересных флитов он никогда в жизни не встречал.
Флиты Сводов разожгли костёр, согрели суп в крышке от бутылки и предложили всем гостям. Только тут Эди увидела испачканных сажей мышей, которые рядком сидели в тени под стеной, аккуратно обернув длинные хвосты вокруг лапок.
Эльфин ногой начертила на земляном полу карту, спичкой надписав названия станций подземки.
– Вот здесь держат в заложниках Джота и наших похищенных юных флитов, – сказала она и нарисовала крестик на линии между станциями «Бейкер-стрит» и «Риджентс-парк».
– От мышей мы узнали, что сороколки обосновались здесь, на «Уайльд-стрит». – Мыши пискнули в знак подтверждения. – Это старая станция, которой сейчас никто не пользуется, но это также то тайное место, где они прячут сокровища и обучают недавно вылупившихся маленьких флитов. Сегодня вечером мы собираемся организовать налёт, когда последний поезд будет проходить «Уайльд-стрит».
Эльфин начертила на полу ещё несколько схем и повернулась к мышам:
– Сколько из вас могут нам помочь?
– Минимум сто, – ответила одна из мышей. – Новости расходятся быстро. Мы пробежим по путям линии «Бейкерлоо» и будем там.
– Что вы можете принести с собой? – спросила Эльфин, обращаясь к Эди, Чарли и флитам из Лагеря-на-Склоне.
Эди выложила на пол несколько предметов.
– Фонарики могут пригодиться, но нам нужно что-то, чтобы отпугивать птиц, – сказала Эльфин.
– Я подумаю над этим, – ответил Чарли.
– Хорошо. Мы готовы?
– Да! – откликнулись все собравшиеся.
Флиты Сводов вскинули свои иголки и рогатки и забарабанили по старым консервным банкам крошечными палочками. Эльфин протянула Ниду рогатку и велела взять вишнёвую косточку из кучи, лежащей по другую сторону костра. Нид был в таком восторге, что не мог стоять спокойно. Он оттянул резинку и с силой запустил вишнёвой косточкой в кирпичную стену. Косточка отскочила от стены и запрыгала по комнате.
– Как же мы попадём на «Уайльд-стрит», если старая станция закрыта? – спросила Эди. – Мы не можем пройти по тоннелям.
– Я могу ехать на крыше поезда! – воскликнул Нид.
– Нет, Нид! – возразила Импи. Память о сороколках, преследовавших их в тот вечер, когда пропала флюма, была свежа.
