Его не слишком удивляло, что Ариана утаила наличие прохода между двумя половинами дома. У каждого из участников этой игры имелись как козыри на руках, так и тузы, припрятанные в рукаве. Благодаря потайной двери Ариана могла рассчитывать на оперативное вмешательство своих музыкантов в любую критическую ситуацию. Но кого и чего она опасалась? И с каких пор ресторанные певицы держат под рукой заряженные «браунинги»?
Как выяснилось, те же вопросы не давали покоя Косте. Присоединившись к Бондарю возле ворот их временного жилища, он мрачно изрек:
– На твоем месте я бы хорошенько подумал, стоит ли и дальше увиваться вокруг этой подозрительной гречанки.
– Есть конкретные предложения? – осведомился Бондарь.
– Взять ее за жопу и допросить хорошенько. – Поскольку Костин пистолет уже исчез под пиджаком, он использовал освободившиеся руки для того, чтобы показать, как и за что следует брать Ариану.
Покосившись на его хищно скрюченные пальцы, Бондарь покачал головой:
– При наличии сопровождающих лиц это почти невыполнимая задача.
– Перещелкать всех к едрене фене. – Костин палец несколько раз нажал на воображаемый спусковой крючок.
– А где потом искать Малютина?
– Не факт, что мы выйдем на него через гречанку.
– Тогда зачем ты предложил ее допросить? – осведомился Бондарь.
– Опять замкнутый круг получается, – вздохнул Костя. – Как ты там говорил? Петля Нестерова?
– Лента Мёбиу…
Бондарь осекся на полуслове. Окончание так и не сорвалось с кончика его языка. Из-за угла неожиданно появился рослый мужчина и, преувеличенно сутулясь, быстро прошел мимо москвичей. Хромота ничуть не умаляла его проворства. Бондарь не успел как следует рассмотреть опущенное лицо прохожего, но оно показалось ему смутно знакомым.
– Кто это? – тихо поинтересовался Костя, обернувшись, чтобы проводить удаляющуюся фигуру пристальным взглядом.
– Не знаю, – пробормотал Бондарь.
– У тебя чуть нижняя челюсть не отвалилась, когда он появился.
– Это произошло так неожиданно…
Бондарь погладил пальцем шрам на подбородке, пытаясь сосредоточиться. Вязаная шапочка, обтягивающая голову прохожего, была напялена чуть ли не до самого носа и делала его похожим на профессионального киллера. Широкая бесформенная куртка скрадывала очертания фигуры. Кто он? Местный рэкетир, проснувшийся пораньше, чтобы застать свою жертву врасплох? Герой-любовник, вспугнутый вернувшимся из командировки мужем? Портовый бич, шастающий по округе в поисках всего, что плохо лежит?
– Ты ничего не хочешь мне сказать, командир? – выразительно спросил Костя.
– Мне показалось, что я видел этого типа раньше, – неохотно признался Бондарь.
– Догнать его?
Задав этот вопрос, Костя загарцевал на месте. Взгляд Бондаря скользнул по совершенно пустынной улице:
– Кого догнать? – буркнул он. – Ты кого-нибудь видишь?
– Наверное, он перемахнул через забор, – нахмурился Костя. – Это прокол с нашей стороны, серьезный прокол, командир. Ты должен был отреагировать раньше.
Если бы Бондарю было что ответить, он бы это обязательно сделал. Но вместо этого ему пришлось лишь неопределенно пожать плечами.
В десять минут четвертого «БМВ», за рулем которого сидел Бондарь, затормозил перед террасой гостиницы «Ярд». Посетители ресторана разошлись, лишь сонные официанты сновали между столами, собирая грязную посуду и ничуть не напоминая при этом трудолюбивых пчел, вьющихся над цветущим лугом. Было настолько тихо, что из темноты доносился плеск волн невидимого моря. Звезды над головой были ярче и ближе, чем редкие электрические огоньки на горных склонах. Бондарю даже начало вспоминаться что-то из Лермонтова, но романтическое настроение моментально улетучилось, когда на глаза ему попалась пьяная шлюха, усевшаяся по нужде прямо на тротуаре. Вот тебе и «кремнистый путь». Вот тебе и «пустыня внемлет Богу».
Бондарь поднялся на террасу.
Его вторжение было воспринято официантами без энтузиазма. Пришлось одному дать на лапу, а второго смерить таким взглядом, что он моментально перестал корчить из себя строгого блюстителя нравов.
Приближаясь к затемненной сцене, Бондарь не питал особых надежд на то, что застанет там Ариану или любую другую живую душу, но его ожидал сюрприз. Не слишком радостный, но и не совсем обескураживающий.
В закутке за роялем приглушенно переругивались вчерашняя блондинка и лысоватый скрипач, которым, видимо, приспичило выяснять отношения именно теперь, в отсутствие зрителей.
– Это только твои фантазии, – шипела блондинка.
– Я сам видел, как он запустил руку тебе под платье, – настаивал скрипач.
– Он просто одернул мне подол, сколько можно повторять одно и то же?
– С какой стати незнакомый мужчина станет…
– Здравствуйте, – вежливо произнес Бондарь, остановившись в двух шагах от спорщиков. Ковролин, которым была застелена эстрада, позволил ему приблизиться совершенно бесшумно.
– Здравствуйте, – автоматически отозвался скрипач, после чего вскинул голову и надменно спросил: – Что вам угодно?
