Работа в британской разведке всегда считалась престижной и привлекала в свои ряды как чопорных аристократов, так и высоколобых выпускников университетов, преимущественно Кембриджского или Оксфордского. Таким образом, кадровый состав СИС состоял сплошь из «джентльменов», мечтающих о карьере легендарного Лоуренса Аравийского.
Станет ли кто-нибудь из них марать руки о тормозной шланг задрипанного такси?
Ответив себе на этот вопрос отрицательно, Бондарь принялся обдумывать следующий: как насчет привлечения исполнителей из местных жителей?
Недавно ему довелось прочитать секретный доклад о том, что МИ-6 расширяет вербовку русских и украинских агентов, собираясь довести их общую численность до уровня, существовавшего в разгар «холодной войны». Официальным поводом для этой кампании послужило усиление борьбы с международным терроризмом и распространением оружия массового уничтожения. В одной только Москве на англичан работало около тысячи наемников, выполняющих черновую работу. Надо полагать, ничуть не меньше предателей расплодилось на Украине.
Но, даже с учетом этой информации, причастность англичан к покушениям в Севастополе представлялась Бондарю маловероятной. В тактике неизвестного противника сквозило что-то откровенно бандитское – дерзкое, тупое, беспощадное.
Отморозки?
Военные?
Не склонившись окончательно ни к одной из этих версий, Бондарь поднялся наверх. Костя, который только что мирно спал, моментально раскрыл глаза и направил на него выхваченный из-под подушки «люгер». Вот что значит настоящий спецназовец! Сонной одури в его глазах было не больше, чем в пистолетном дуле, а оно, как известно, навевает все, что угодно, кроме дремы.
– Будем собирать вещи, – сказал Бондарь, подавая напарнику пример.
– Съезжаем? – удивился тот.
– На всякий случай нужно быть готовыми к такому повороту событий. Может быть, придется искать покровительства у наших морячков.
– Не худший вариант, – зевнул Костя. – Думаю, на палубе линкора нам будет дышаться свободнее, чем у боженьки за пазухой.
Шагая вдоль причала с сумками в руках, Бондарь с Костей чувствовали себя не то чтобы очень уж бодрыми и энергичными, но вполне отдохнувшими. В их желудках переваривался сытный обед, а в сумках дожидались своего часа сухие пайки и литровые бутылки минералки. Им предстояло провести в засаде около восьми часов, и Бондарь с тоской подумывал о том, что все это время он будет вынужден обходиться без курева. Но зато занятие позиции раньше всех прочих участников предстоящей операции давало русским тактическое преимущество. Благодаря этому они надеялись уже нынешней ночью распрощаться с городом-героем Севастополем, который, по правде говоря, уже сидел у них в печенках.
Асфальт под ногами был потрескавшимся, как иссушенная солнцем степь. Орали чайки. Скрипели, покачиваясь на легких волнах, моторные лодки, катера и баркасы. По пути встречались рыбаки, выгружавшие улов на берег. Серебристые груды кефали и ставриды сверкали на солнце.
Дубинского напарники заметили издалека, но не стали приветливо размахивать руками или ускорять шаг. Он тоже не проявлял никаких признаков радости.
Бондарь обратил внимание, что сегодня Юрий Михайлович одет не по-спортивному, а облачился в обычный костюм, состоящий из белого льяного пиджака и белых же брюк, штанины которых почти полностью накрывали плетеные туфли. Собранные внизу в неопрятную гармошку, они буквально волочились по земле, когда владелец удосужился сделать несколько шажков навстречу.
Они поздоровались, причем напарник Бондаря расщедрился на настоящее мужское рукопожатие, в результате чего на крупном носу Дубинского заблестели бисерины пота.
– Надеюсь, на катере не успели появиться новые трупы? – спросил Костя, скалясь на манер голливудского актера, получившего роль в заведомо кассовом фильме.
Дубинский посмотрел сквозь него и обратился к Бондарю:
– Прошу вас соблюдать предельную осторожность. Вдоль побережья постоянно курсируют пограничники. Если вы привлечете их внимание, то всем нам не поздоровится.
– Все будет хорошо, Юрий Михайлович, – сказал Бондарь, поглядывая на «Афалину». – Где наш капитан? Надеюсь, он человек надежный?
– На все сто, – заверил его курчавый рыжий верзила, высунувшийся из машинного отделения. Он вытирал промасленные руки такой же промасленной ветошью и приветливо улыбался всем троим мужчинам одновременно.
– Перед вами Алик, – сказал Дубинский. – В свободное время промышляет браконьерством и контрабандой. Порой мне приходится отмазывать его от милиции, а он за это выполняет мои поручения.
– Перед вами Юрий Михайлович, – крикнул Алик. – Время от времени я выполняю его поручения, а за это он вытаскивает меня из ментовки. Добро пожаловать на борт, господа пираты. Поплывем под черным флагом?
