— Я бы съел что-нибудь, — Михаил посмотрел на часы. — Позвоните вниз.
— Хорошо.
Первым после перерыва вернулся финансовый директор.
— Федь, ты же пересекаешься с Джоффри и Марком?
— По пятницам в преферанс играем, а что?
— Упомяни, что ты сливаешь мои акции.
— Я думал, ты хочешь оставить это в секрете.
— Да брось, они и так все знают.
— Хорошо, Миш. Я прикрою уже? — финансист подошел к окну. Михаил и не замечал, что в кабинете стало уж чересчур свежо. — Я все хотел спросить об Александре…
Федор замолчал, и Михаилу пришлось подбодрить его, потому что на вопросы, заданные подобным образом, он не отвечал принципиально:
— Спрашивай.
— Ты отпустил его?
— Да.
— Но почему? Он же по-прежнему наша собственность. Ведь практически все, что происходит сейчас с нашими акциями, с нашей репутацией, с «Живым проектом» в сумме — дело его рук!
Михаил понимающе кивнул, но не торопился с ответом.
— С таким напором он добьется своего максимум через полгода-год. Я смотрю на все, что он делает, и у меня ощущение, что за ним стоят люди, у которых денег больше, чем сейчас во всем LPI! А ты отпускаешь его, когда можно было просто…
— Убить?
— Списать!
— Я обещал, что он выйдет живым из офиса, приглашая на корпоратив. Кроме того, Федь…
В кабинет зашли сразу несколько человек, должно быть обедавших вместе. Михаил не договорил и надеялся, что необходимости в этом после совета директоров не возникнет.
То, что на счетах «Живого проекта» практически нет денег, из присутствующих знал только финансовый директор и Михаил. По офису ходили разные слухи, но никто из тех, кто знал правду, не собирался ни опровергать, ни подтверждать что-либо.
Океан-3 специализировался на частных заказах и разработках, так или иначе сопровождающих все материальные направления деятельности холдинга. Затопив Океан-3, Барис и те, кто за ним стоит, нанесли удар по Live Project Inc. в целом. Все до единого проекта, над которыми велись работы на станции, должны были быть возобновлены в кратчайшие сроки.
Несмотря на усиленную охрану, переоборудование и направление к Песок-2 служащих вооруженных сил «Руси», Михаил опасался за сотрудников этой станции. Возобновить все проекты, ведшиеся на Океан-3, было решено в Арктике. Кроме того, основная часть замороженных ныне проектов «Живого проекта» находилась именно на этой станции, и там имелись свободные ресурсы.
Вначале пятого уставшие взгляды собравшихся намекнули Михаилу, что пора закругляться. На повестке дня оставался всего один вопрос, для решения которого он оставил финансового директора и HR.
— Мне нужен временный зам, — сказал Михаил, когда дверь за последним вышедшим закрылась. — На несколько месяцев, пока не освободится… один парень. Федь, я хочу, чтобы это был ты.
— У тебя есть, кого поставить на мое место?
— У тебя есть, кого оставить на своем месте?
Финансовый директор пожевал усы и посмотрел на кадровика напротив.
— Нет, Миш…
— Возьмите кого-нибудь из ребят Марка, — предложила эйчар.
— Хорошо, пришлите мне их дела и поинтересуйтесь, что об этом думает Марк, — Михаил задумчиво отправил окурок в пепельницу и добавил. — Федь, поинтересуйся ты в пятницу, ок? Я не хочу забирать у Марка кого бы то ни было в ультимативном порядке.
— Сделаю.
— И куда делась Лена, секретарь Петра? Посадите ее ко мне. Не надо мне этого счастья в приемной.
Михаил вышел сразу за ними. Нужно было хотя бы немного пройтись. На месте Людмилы сидела девушка лет двадцати пяти, с длинными завитыми волосами цвета шоколада. Она была несомненно красива той незрелой и излишне выставляемой напоказ красотой, какую еще не ценят и не берегут, но уже активно используют.
Он так и не начал просматривать дела потенциально подходящих на замену Людмилы сотрудниц, не то, что знакомиться с ними. Когда Людмила не вышла на работу, эйчарам не оставалось ничего, кроме как посадить в приемную президента одну из кандидаток. Он спрашивал ее имя, но напрочь забыл его.
— Вызовите Анну, я вернусь через пару минут.
Выйдя из кабинета, Михаил внезапно рассмеялся. Он вспомнил об упоминании пятничного преферанса финансовым директором и понял, что его уважаемый коллега играет с партнерами, один из которых обладает абсолютной памятью, а второй — просто гений. Ему захотелось на это посмотреть воочию. Дойдя до кабинета Петра, Михаил вернулся к себе и попросил кофе.
В половине шестого Гарик, нанятый Анной человек и, судя по всему, ее старый хороший знакомый, подсоединился к управляющей кабинетом системе и запустил проекторы.
— Вам маленький шарик или на весь кабинет? — спросил фрилансер. Он немного картавил, но и без этого Михаил не понял вопроса.
— Чего?
— Михаил Юрьевич, сядьте сюда, — указала Анна на стул напротив окна.
Михаил послушался и понял, что у него спрашивали, когда над одним из четырех проекторов, находящемся на столешнице прямо перед ним, выросла маленькая объемная копия его дома.
— Так, ну начнем с того, что успели смонтировать, потом площадка и к отчету по стоимости уже после, — наметила Анна.
