С Доброслободскими банями возникает путаница даже у краеведов, да что там — у риелторов, у уж у кого, у кого, у них путаница с домами на строгом учёте. Дело в том, что суматоха переименований коснулась не только улиц, но и бань. Были бани Доброслободские, были и Машковские.
А ныне есть улица Мошкова внутри Садового кольца, а у нас другая история.
Доброслободская улица за время своего существования претерпела некоторые изменения. Сперва это был переулок, который в 1974 году, слили с другим, Чечёрским.
Идёт она Разгуляя до улицы Радио и сохраняет имя Доброй слободы XVIII века.
Тут и кроется корень путаницы: была до 1922 улица Добрая Слободка, ныне Машкова.
Вот она-то была переименована — но не в честь какого-нибудь сознательного революционера, а по рядом находящемуся Машкову переулку. Машков переулок стал улицей Чаплыгина, а имя домовладельца странным образом переместилось на карте.
Рядом с Доброслободской улицей шумел ручей Чечёра, воды было вдосталь, и то, что там и раньше стояли бани (Рядом были Денисовские бани на ручье Кукуй — по имени их хозяина назван Денисовский переулок), ничуть не удивительно.
Удивительна морока с названиями в литературе — Доброслободские бани иногда называют по-старому, Денисовскими.
Впрочем, ручей загнали в трубу незадолго до Великой войны, каменное здание тогда Денисовских бань по проекту архитектора Василия Мясникова было построено только в 1912 году.
Всё советское время они известны как Доброслободские, и многие несведующие люди полагали, что это мечеть, переделанная под нужды новой власти.
Ныне там находится ЖАСО — железнодорожное страховое общество. Один человек, который делал ремонт в этих банях в конце восьмидесятых, говорил, что богатые интерьеры сохранялись там до того времени — но ныне изразцы и кованые лестницы, всё это скрыто от глаз простого человека.
Судя по всему, в момент перестройки и реконструкции задания всё это исчезло — в начале этого века от здания оставили только фасад.
Фасад выглядит прекрасно — одна беда, там заменили деревянные переплёты оконных рам, подчёркивавшие «мавританский стиль», и покрыли медью купол над входом.
Какого цвета был этот купол, я, правда, не знаю.
Однажды Маршаку надо было написать стихотворение. Ну, нормальное сатирическое стихотворение про баню. Смысл его, для непонятливых читателей был раскрыт ещё в эпиграфе.
Называлось стихотворение «Баня».
