— У тебя маленький срыв. Пара таблеток снотворного, крепкий сон и все пройдет. Подожди, я сейчас тебе дам лекарство.
Басолуза собралась искать аптечку. Курган остановил ее:
— Не нужно лекарств. Я не смогу заснуть. Голова разрывается, тело как будто высушилось. Я до сих пор слышу этот проклятый гул.
— Это остаточные явления. Это пройдет через пару дней.
— Откуда ты знаешь?
— Я сказала, что это пройдет. Это как если тебя ослепят, и какое-то время ты будешь неважно видеть, а потом зрение восстановится. Не бойся, к утру тебе станет лучше. Ты настоящий самец, а мямлишь всякую дрянь. Ты меня два раза дернул и еще недоволен. Как же усложняются наши потребности.
— Нужно помыться. От меня скверно несет.
— Это много времени займет. Помоемся через месяц.
— Я через месяц скончаюсь.
— У тебя точно непорядок с головой. Лучше подумай о своем дробовике.
— Он славный.
— Во много раз лучше старого. Твой прежний был не автоматический. К тому же неважно выглядел, а этот прямо маньяк-убийца. Представь, что сносишь таким чью-нибудь башку.
Курган оскалился.
— Ты умеешь поднимать настроение.
— И не только.
— Я больше не хочу.
— Послушай, я бы не кувыркалась с тобой, не пробегись ты по асфальту.
— Неужели?
— Я люблю спать с героями.
— Я не герой.
— Только не вату, Курган. Давай лучше по делу.
— Собираюсь вздремнуть.
— Мы с тобой даже не проведали Дакоту. Пришил и сразу на посадочную полосу.
— Куда ты?
— Выпью чего-нибудь в баре.
Басолуза накинула топик и проскользнула к окну. Отдернув занавесь, она всмотрелась в темноту, окутавшую пустошь вокруг Кармада. На улицах светили факелы. Везде тут стояли дома, в которых не горел свет. Большинство генераторов отключили. Казалось, на какой-то короткий миг мы перенеслись в обычный город, какие существовали до войны. Утром в этих городах люди выходили на работу, а вечером возвращались домой, чтобы успеть на ужин, посидеть с детьми и посмотреть телевизор.
В темных недрах комнаты гудел сверчок. Вдалеке на пустоши внезапно занялась искра. Она загоралась, тухла и снова вспыхивала. Так повторилось четыре раза. Басолуза прищурилась.
— Что за черт? — прошептала она.
Курган умывался из бутылки.
— Что-нибудь увидела? — спросил он.
— Одинокий огонек на пустоши. Я слышала о нем ужасные легенды. Говорили, будто по ночам бродил призрак висельника. Он заманивал путников зажигалкой, а потом рубил топором.
— Его вчера убили.
— А все-таки…
— Все-таки что?
— Что все-таки за хреновина? Я не настолько пьяная, чтобы не отличить галлюцинацию от реальности.
— Возвращение скотин?
— Не думаю. У меня странное предчувствие.
Басолуза надела доспех и взяла Дуранго. Она включила прибор ночного видения и посмотрела в окно. Курган подкрался к ней, обеими конечностями стиснув ее талию.
— Тебе конец, сучка. Что там видно?
— Ничего. Слишком далеко.
— Эта болезнь быстро расходится. Нам всем начинает казаться.
— Ветролову не кажется. Он видит наверняка. И мне не показалось.
Курган всмотрелся.
— Оптику, мистер дробовик?
— Глаза болят.
— Тогда ложись и отдыхай. Я по пути зайду к Дакоте. И передам от тебя привет.
— Я к тебе скоро спущусь.
— Не забудь зарядить дробовик, Курган.
Дверь номера Дакоты оказалась незапертой. Басолуза бесшумно прокралась за порог и навострила уши.
— Не спится, детка?
— Как дела, индейский храбрец?
— Как обычно. Постель, туалет и снова постель.
— Ричард за тобой ухаживал?
— Все время таскал мне еду и выпивку.
— Скотины погибли, представляешь. Провели нас к сокровищам и откинулись. Знаю, звучит печально. Мы нашли склад оружия, Дакота. Там гора всяческого железа. Мы взяли для тебя нож.
— Знаю. У меня все побывали, кроме тебя и Кургана. Где вы были?
— Мы ненадолго выпадали. Я кое-что обещала Кургану. Так что насчет ножа?
— Он хороший, но не лучше, чем мой.
— Второй не помешает.
— Этот переживет моих потомков.
— Мне вот интересно, почему ты меня не любишь? У тебя проблемы с хозяйством? Или ты считаешь меня потаскухой?
— Решила мне допрос устроить?
— Нет, просто интересуюсь. Я знаю, ты всегда пытался игнорировать мои намеки. Ты хороший боец, Дакота, но ведешь себя так, будто у тебя серьезные проблемы. Почему ты молчишь? Если не хочешь отвечать, так и скажи. Я настолько умная, что все без слов пойму.
— Дай мне уснуть.
— Я что-то чувствую, Дакота. Из пустыни. А ты чувствуешь? Что говорят индейские духи?
— Там что-то крупное…
Басолуза открыла дверь.
— Дакота?
— Слушаю.
— Будь начеку.
— Я всегда начеку.
— Правильно, всегда нужно быть начеку. Будь здоров. Тебе привет от Кургана.
— Новая винтовка?
— Странное предчувствие.
Бар почти пустовал. За столиком держалось несколько нетрезвых самцов. Уделав ящик пива, они испарились в четыре. За дальним столиком остались Варан, Стенхэйд, Курган и Ветролов. Их пушки железной кучей лежали на соседнем столе. Они пили пиво и играли в пятикарточный покер. Басолуза подсела пятой.
— Вижу, Курган уже здесь. Сдайте-ка меня.
— Извини, — сказал Курган. — Но мы уже начали. Зайдешь на следующей партии.
— Карты всегда тебя форсировали.
