Увиделись они только вечером, когда он приехал забирать жену и сына от подруги. Линда окатила его раздраженным взглядом, но так не произнесла ни слова. И это было к лучшему – скажи она хоть что-то, и Оливер ответит ей. Начнётся перепалка, а это никому не нужно.
До дома они доехали молча. Миа вновь сидела сзади, качая на руках сонного ребёнка. Малыш изредка старался что-то сказать, но желание уснуть было сильнее, и мальчик задремал, обхватив мамину руку. Оливер наблюдал за этим в зеркало заднего вида. В доме они тоже не говорили. Каждый занялся своим делом – Оливер ушел в мастерскую доделывать работу, Миа укладывала ребёнка спать. Сегодня у них вряд ли получится поговорить. Разговор был отложен до завтра.
========== Отсчёт начался ==========
Когда Оливер проснулся, в доме уже кипела жизнь – в кухне слышались шум и возня. Больше недели он просыпался под эти звуки, но привыкнуть еще не мог. Может быть, если бы он снова стал ночевать в спальне, всё было иначе, но возвращаться он туда не торопился. Сейчас эта комната принадлежала только его жене и сыну. Ему достался диван в гостиной.
Из кухни пахло кофе и беконом. Завтрак был готов. Войдя в кухню, Оливер увидел, как Миа заканчивала последние приготовления, разговаривая с ребенком, сидящим в детском стуле.
– Покажу тебе город, мелочь. Самые красивые места. Пока мама твоя в отпуске, гулять будем, – она дала ребенку бутылочку и села за барную стойку. Увидела в проеме Оливера. – Ты вовремя, садись есть, – от вчерашнего смущения не было и следа. Оливер сел напротив, ничего не сказав, принялся за еду. Он бросил беглый взгляд на кофе, но не стал ничего говорить. Приготовил не он, но пить можно. Несколько минут слышался только стук приборов о тарелки. Миа заговорила первой. – Сегодня поеду в суд, подам заявление. От тебя ничего не требуется.
– А мое согласие на развод? Я его ещё не давал, вообще-то, – резко ответил тот.
– Именно поэтому я подаю заявление в суд, – она не обратила внимания на грубость. – Даже если бы ты дал согласие, всё равно нужно через суд. У нас несовершеннолетний ребёнок.
– И что, нас разведут в любом случае? – ему это совершенно не нравилось. Всё тело напряглось.
– По-крайней мере, я сделаю всё, чтобы так было.
– Дай мне шанс, – требовательно проговорил Оливер, с силой сжимая вилку в руке.
– У тебя будет три месяца шансов, чего тебе ещё? – теперь и Миа стала отвечать с раздражением.
– Без развода мне ещё, – тем же ответил Оливер. Она сведет его с ума не только своей утонченностью, но и упрямством.
– Ты реально не понимаешь, что таким способом ничего не изменишь? Я только больше хочу закончить с этим и уехать.
– И куда ты собралась?! – он не выдержал и прикрикнул.
– А это не твоё дело, Оливер. Сегодня я подаю документы на развод, – Миа резко встала и начала убирать со стола.
– Никто не даст тебе развод. Нужна веская причина, чтобы твое заявление рассмотрели. – на это Миа согласно кивнула. – И какую причину ты укажешь? – фыркнул он с издевкой.
– Из списка предложенных выберу, не переживай, – ответила она, не глядя.
– Это несерьёзно. Ты не получишь развод.
– Да? Ты так уверен? – убрав за собой, женщина стала заниматься ребёнком. – Может, домашнее насилие? – она фыркнула ему в ответ и злобно стрельнула глазами.
– Я ни разу не поднял на тебя руку, не надо выдумывать, – он глубоко дышал, стараясь успокоиться. Мышцы на шее напряглись, от злости стало сводить скулы.
– Игнорирование – тоже насилие, чтоб ты знал.
– Скажешь это судье, а я посмотрю на его реакцию, – он еще сильнее сжал вилку, видя безразличие в поведении Мии. Она вытащила ребёнка из стула и пошла к выходу.
– До вечера, Оливер, – закончила разговор.
День можно считать испорченным. Это начало конца. Хотя с одной стороны можно подумать, что не такая уж и большая беда этот развод. Они говорили всего несколько минут, а Оливер уже был взбешен сучьим характером своей ещё пока что жены. Проще тогда разойтись и встречаться иногда, чтобы увидеть ребёнка. Так было бы лучше. Но с другой стороны, он любил её и не хотел отпускать. Любил её сарказм и грубость, ужасный характер, её ухмылку и ядовитый взгляд. Такой она всегда была. Такую, с мерзким характером, он её и полюбил.
В раздумьях Оливер отправился на работу. Он преподавал в художественной школе композицию – учил детей создавать целостный образ, сюжет, идею, которые можно передать через изображение. Кто-то любил его предмет, кто-то терпеть не мог, но посещали его уроки все без исключения – Оливер никому не ставил зачёт, если был хотя бы один неотработанный пропуск. И требовал он больше, чем во время обычных уроков, поэтому проще было не пропускать, чем тратить силы на отработку.
В кабинете сидели несколько учеников и все были заняты делом – через неделю у выпускников будет просмотр, они готовили проекты. Увидев входящего учителя, одна из учениц быстро встала и, схватив полную разных листков папку, подбежала к столу учителя. Оливер не успел дойти до своего места, как девушка уже была там.
