– Я знаю. «Взболтать, но не смешивать».
– Ну вот, а папу нужно и встряхнуть, и взболтать, и вообще. И я искренне думаю, что Кристина как раз тот человек, который может с этим справиться.
Джек задумался. Будучи парнем, меняющим девушек как перчатки, он должен был ее понять.
– Может, ты и права, – сказал он наконец. – Было бы круто, если бы он снова встретил настоящую любовь.
– Я знала, что ты согласишься.
Она взяла с него обещание познакомиться с Кристиной на барбекю и потом честно рассказать, что он о ней думает.
– Только, прошу тебя, проследи, чтобы она как можно больше времени проводила с папой, – добавила она. – И, пожалуйста, пусть она тебе понравится. Я так хочу, чтобы она тебе понравилась.
– Я постараюсь.
– Эй, народ! – позвала их Джулс из другой комнаты. – Идите сюда. Ни за что не догадаетесь, что я нашла!
Джек и Фиби переглянулись. Джек усмехнулся:
– Не будем заставлять ее ждать.
Спустившись вниз, они обнаружили Джулс на диване в гостиной, где она листала старый альбом для вырезок.
Она подняла на них сияющие глаза.
– Это мамин альбом. Она вклеивала сюда наши детские рисунки. Помните, как она просила нас придумывать сказки, рассказывать их друг другу, а сама записывала их за нами? Они тоже все здесь.
Джек и Фиби подошли ближе и сели по обе стороны от Джулс. Три головы склонились над выцветшими разноцветными страницами альбома. Между детских рисунков мелками и карандашами были вклеены листочки линованной бумаги, исписанные аккуратным почерком их матери, синими чернилами. Грудную клетку Фиби затопило теплым светом.
– Все твои истории были о пришельцах из космоса, – обратилась Джулс к брату.
– А твои – о принцессах, – со смехом отозвался он.
Фиби заметила, что, хоть она и была младшей из них, ее истории, как правило, получались самыми длинными, с большим количеством подробностей. Джулс с улыбкой повернулась к ней и подтолкнула локтем:
– А твои истории были о гоблинах.
Фиби кивнула, припоминая.
Иногда Рут делала небольшие иллюстрации к их сказкам и всегда писала их имена рядом с названиями, выводя их большими, круглыми от гордости буквами.
Втроем они сидели и читали свои сказки, тыкая пальцами в отдельные абзацы и смеясь, пытаясь вспомнить, что происходило в тот момент в их жизнях. Фиби представила, как ее мама пишет, быстро водя ручкой по бумаге, полностью погруженная в их безумные фантазии, и улыбается им, когда поднимает глаза.
Ближе к концу альбома они нашли рассказ без подписи, тоже написанный почерком их матери. Он назывался:
– Это рассказ, который написала для нас мама. Я прочитаю вслух?
– Да, пожалуйста, – сказала Фиби.
Джулс читала с чувством, толком и расстановкой, каждой сцене придавая драматизм и подражая голосам персонажей: чеканному монотонному голосу космического пришельца, наивной шепелявости принцессы и невнятному западному говору гоблина. История рассказывала о том, как каждый из них попадал в беду, но другие его спасали. Инопланетянин выпал из летающей тарелки, но как бы отчаянно он ни пытался ухватиться за звезды, он не мог до них дотянуться. И когда он почти упал на землю, принцесса и гоблин поймали его и спасли. Принцесса, однако, была убита горем, потому что забыла, где оставила фамильные драгоценности. Остальные помогли ей найти их – они висели на яблоне в королевском саду. Но вечером, устав от празднеств, гоблин споткнулся и упал в темный колодец. Только когда наступило утро, двое других нашли его и вытащили наружу.
Когда Джулс закончила читать, ее голос дрожал. Фиби подняла глаза и увидела, что в дверях стоит их отец. Он крепко зажмурил глаза, сильно нахмурив лоб. Он выглядел так, словно его придавило огромным грузом. Она понимала, что эти приступы всепоглощающей тоски будут случаться время от времени, возможно, до конца их жизни. Эл склонил голову и молча ушел. Ее брат и сестра его не заметили.
– Это хорошая история, – признал Джек.
Джулс всхлипнула:
– Очень.
– Милая, любимая мамочка, – прошептала Фиби.
Элу было важно показать детям красоту местной природы, поэтому он предложил им прогуляться. Фиби отказалась, сославшись на плохое самочувствие. Ее отсутствие с лихвой компенсировал энтузиазм Джека и Джулс.
Эл уже и забыл, как они энергичны на фоне Фиби. Они постоянно находились в движении, то подстерегая друг друга, чтобы потом игриво наброситься, то катая друг друга на спине. Теперь он вспомнил, как должна вести себя молодость. Фиби тоже была такой, пока не заболела.
