Фиби опустила взгляд в свою тарелку и принялась ковырять лежащую на ней сосиску. За глазными яблоками, несмотря на дополнительно принятые таблетки, обосновалась боль, норовящая просверлить голову насквозь. Аппетита не было, а рассказанная байка вызвала у нее раздражение, обиду и ревность. Когда Джулс читала рассказ их матери, Фиби ненадолго испытала по-настоящему сестринское единение с ней. А теперь снова чувствовала себя не в своей тарелке в ее присутствии. Что же такого было в ее сестре, что всегда отравляло ее мысли, пробуждало в ней худшее? В такие моменты она себе совсем не нравилась. Время, проведенное с семьей, должно быть наполнено счастьем. Она должна лучше стараться, тщательнее притворяться, чтобы, по крайней мере, не испортить его остальным.
Она растянула губы в улыбке, достойной Чеширского кота.
Джулс, однако, уже перешла к делу и теперь комментировала состояние сантехники в коттедже Хайер-Мид.
– Мне ли не знать, – простонал Эл.
– Джек, ты у нас самый рукастый. Ты можешь все это починить? – осведомилась она.
Ее брат расхохотался.
– Конечно, нет. Ты прекрасно знаешь, что я в этом совершенно не разбираюсь.
Когда с едой было покончено, Джулс направила свои усилия на поиск местных сантехников, списываясь с ними по электронной почте и созваниваясь по телефону.
– Невероятный человек, – усмехнулся Джек за чашкой кофе, пока все слушали ее голос, оставляющий четырнадцатое сообщение на автоответчике.
Эл и Фиби были вынуждены согласиться. Джулс никогда не сдавалась, если хотела чего-то добиться. И в конце концов всегда получала то, что хотела.
Два дня спустя в коттедже Хайер-Мид уже не капало из крана, а система подогрева воды исправно работала.
Кэрол сказала, что Фезерстоуны могут приехать в питомник в полном составе, если хотят посмотреть на выдр. Она даже разрешила им заглянуть на несколько минут в вольер Коко и Пэдди – при условии, что все будут вести себя очень тихо и держаться с подветренной стороны.
Фиби всеми доступными ей способами постаралась донести до брата и сестры важность этого обстоятельства.
– Они даже не узнают, что мы здесь, – пообещал Джек, – правда, Джулс?
Джулс не привыкла быть невидимкой, и такая перспектива ей явно не нравилась, но она все равно согласилась. Не каждый день выпадает шанс увидеть детенышей выдры.
Протестующие, сбившись в кучку и обложившись рюкзаками, сидели у входа в питомник и ели сэндвичи. Блондинка с мелированием (которая сегодня разрисовала себе лицо черными полосами) и ее парень зашипели, заметив приближение семьи. Джек уставился на них, а Джулс засмеялась. Эл повел их дальше.
Войдя внутрь, Фиби заметила Дэна Холлиса, увлеченного беседой с Кэрол. Тот помахал ей рукой и поздоровался, снова назвав Фиби «Воспитательницей Диких выдр», но, казалось, не на шутку встревожился, увидев такое количество Фезерстоунов сразу. Когда она отделилась от группы, он робко подошел и шепнул ей на ухо:
– Я почти закончил работу над подсвечником с Мявой.
Несмотря на все свое любопытство, Фиби только кивнула и улыбнулась, опасаясь, что Джулс перехватит инициативу в разговоре и устроит целый спектакль. Что-то подсказывало ей, что Дэна такое смутит.
– Кто это был? – ухмыльнулась Джулс, с восхищением разглядывая Дэна, когда они прошли мимо.
– Просто хороший добрый человек. Он вырезает дубовые листья из дерева. И игрушки в виде арф. А еще иногда подсвечники.
– Так и подмывало с ним пофлиртовать, – призналась ее сестра.
– Зря потратила бы время, – отрезала Фиби. – Мало того, что он слишком стар для тебя, но его сердце к тому же принадлежит женщине по имени Элли.
Джулс захныкала:
– Ну почему обязательно должна быть какая-то Элли?
Сначала они обошли публичные вольеры. Кверкус, Роуэн и остальные были в отличной форме. Они плескались в пруду и выпрыгивали на сушу с гладким и блестящим от воды мехом. Они ныряли в туннели, пробегали их насквозь и снова вылезали наружу. Они толпились у внутренней стороны ограды, проявляя не меньше любопытства к Фезерстоунам, чем Фезерстоуны – к ним.
– О мой бог, да они сумасшедшие! – воскликнула Джулс. – Сил нет какие хорошенькие. А ну-ка, давайте сфоткаемся все вместе на фоне выдр.
Она сунула свой телефон проходившему мимо туристу в бейсболке, который послушно снял несколько кадров с выдрами и широко улыбающимися Фезерстоунами в разных комбинациях.
Пока Эл и Джулс шли впереди, Фиби воспользовалась моментом, чтобы рассказать Джеку о недавних событиях в питомнике и своих подозрениях.
– Я все проанализировала и пришла к выводу, что у нескольких человек могли быть личные причины желать закрытия этого заведения.
– Например, у кого?
– Например, у викария Дарликомба, преподобной Люси.
Он обратил к ней полный скептицизма взгляд.
– Ты подозреваешь викария? Ты шутишь?
– Это всего лишь версия. Нельзя исключать ее из списка подозреваемых только потому, что она человек веры.
– Ну, Фиби. Это в детективах виновник – всегда наименее очевидный подозреваемый, но я почему-то сомневаюсь, что реальная жизнь устроена именно так.
