Пробегая по изуродованному торговыми точками Арбату, художник выхватил тренированным глазом вывеску над невзрачной лавчонкой: «ВРЕМЯ. Покупка и продажа. Деньги сразу. С больших сделок скидки». Не очень понятно, хотя в городе, где гуляла свобода, сильно смахивающая на анархию, уже ничего не удивляло. Зашёл, заворожённый обещанием денег, а может, из любопытства, которое не покидает творческих людей даже в минуту отчаяния.
В тесном помещении пахло жареным луком. Запах был лёгкий, похожий на детское воспоминание. За прилавком, конечно, еврей, словно персонаж старых фильмов: в жилетке, лысый, с большим носом и отвислой нижней губой, являющей красную изнанку. Всю нишу позади него занимали настенные часы разных моделей: от «ходиков» до трофейных немецких с нежным боем и резной деревянной дверцей. Маятники качались размеренно, стрелки на циферблатах показывали разное время. Естественно, ведь время от часов не зависит.
Внизу плакатик от руки:
Вы, люди, суетливы и шумны,смеёмся мы над вами со стены.– Вы же не часы покупаете? – осторожно спросил гость.
Отвислые губы растянулись в хитрую улыбку:
– И часы тоже… Как символ меры человеческой жизни.
Во рту у Михаила пересохло, в голове зашумело, неведомые нейроны замкнулись, и на вопрос продавца «Чего изволите?» он с откровенным изумлением услышал свой ответ:
– Хочу продать несколько годков.
– Сразу так много? Обычно, начинают с месяца.
– Проживу чуть больше или меньше, какая разница. Конечно, хорошо бы знать, сколько отпущено, чтобы не промахнуться.
– Таких сведений не имеем. Время – это палач, который приходит, когда посчитает нужным. Придётся рисковать, ни одно денежное предприятие без риска не обходится. Но в нашем деле есть и преимущества. Человек взрослеет, мужает и, к сожалению, стареет. Продавая своё время, можно избежать старческих недугов, например рака, или не стать импотентом – разве плохо? К тому же это не кредит с процентами, деньги получите на руки – и никаких проблем.
– Мне надо в долларах.
– Да пожалуйста, хоть в иенах. Сколько?
Михаил назвал. Старик достал из-под прилавка допотопные громоздкие счёты и начал с феерической быстротой щёлкать деревянными косточками. Наконец, изобразив фальшивое недоумение, назвал цифру:
– За нужную вам сумму придётся отдать пять лет, восемь месяцев и тринадцать дней. Если по гамбургскому счёту – не так уж и много. Ну что, заключаем договор?
