Мама сдержала свое слово. Вскоре мне купили огромный зеленый аккордеон «Аэлита», который своими звуками наводил ужас на соседей. Нот я не знала. Но мне достаточно было всего лишь один раз увидеть, как проигрывает программу преподаватель. Я приходила домой и по памяти подписывала ноты русскими буквами и потом репетировала спокойно. Сдавала зачет я на «пятерки», редко посещая занятия музыкой. Но об этом потом…
С самых нежных лет я была девочкой скромной и послушной. Наверно, по первым трем главам легко было догадаться о том, что я всегда находилась под неусыпным маминым надзором. Каждый мой шаг за пределы дома невероятным образом был отслежен и проанализирован мамой. Заметьте, это происходило во времена, когда не было сотовых телефонов и прочих гаджетов, и даже стационарные аппараты были не во всех семьях.
У нас с мамой был только огромный надувной красный телефонище. Точно с таким же выступал артист комедийного жанра Полунин в своей знаменитой сценке «Асисяй любовь». И больше никаких «предметов роскоши» у нас с мамой не было. Возможности контроля надо мной у мамы были весьма и весьма узконаправлены, что нисколько не мешало ей быть в курсе всех моих событий. Моей маме не довелось родиться мальчиком, иначе она точно служила бы в разведке.
Как только вечерами мы усаживались за стол трапезничать, мама начинала «допрос». Каким образом ей удавалось разузнать мельчайшие подробности событий моего дня, уму непостижимо! Пока мы ели, я, совершенно того не желая, рассказывала ей обо всех своих происшествиях. Мама умела так поставить вопрос, что даже выкрутиться нельзя было. Несмотря даже на то, что я была по-лисьи хитра и продуманна. Но только не с мамой!
Если же я пыталась что-то от нее утаить, смолчать или, ни Боже ты мой, обмануть маму, то она объявляла мне строжайший бойкот. Бойкотировать меня она могла очень долго. Мамина обида выдерживалась в ней и настаивалась, как элитное вино в массандровских бочках. Обида плескалась в ней и пыталась вырваться наружу, но мама держала паузу. Она знала, что я не выдержу такого игнорирования и сама лично попрошу ее выслушать все мои секреты. Не просто попрошу, а буду уговаривать ее присесть и послушать меня. Так всегда и было…
Когда я училась в школе, несколько одноклассников жили со мной в одном дворе. Новости сами стекались маме в уши из уст родителей этих ребят. То, во сколько я пришла домой, с кем пришла и когда вышла из дома, маме докладывали соседки. Дворик у нас был маленький. Все соседи находились почти в родстве, настолько были дружны. О каждой семье во дворе все и всё знали. Этакая большая дружная коммуна. С одной стороны, это хорошо, когда рядом с тобой столько друзей и знакомых. Но, с другой стороны, напрягал тотальный контроль и всезнание всех и обо всем. Когда мама принесла мне собрание книг, пользующееся в то время большим спросом, «Все и обо всех», я закатила глаза к небу:
– Написано по мотивам ваших посиделок с соседками?
– Что б ты понимала, Динка! Посиделки – это святое! На, бери и читай. Просвещайся!
Посиделки соседок в нашем дворе – это особая тема, которая, если ее описывать подробно, может смело конкурировать по объему с «Войной и миром». Столько новостных сплетен было сплетено соседками нашего двора! Сколько тонн вкуснейших жареных семечек было съедено за откровенными разговорами во дворе. Шелуха от семечек покрывала их грудь, подол, сыпалась за пазуху. У некоторых висела тонкой струйкой на подбородке. И при всем при этом разговоры не умолкали. Веселым полукругом соседки нашего двора, и моя мама в их числе, могли просидеть с полудня до позднего вечера. Сверчок обиженно замолкал, а они все болтали и болтали субботними вечерами.
Все это я веду к тому, чтобы вы прочувствовали, как сладостно для меня было ожидание свободы. Мне предстояло вырваться из этого замкнутого круга тотального контроля. Это будет уже не школа, все гораздо серьезнее. Без соседских детей, рассказывающих потом все своим мамам.
Само училище находилось далековато от моего дома. В таких случаях мы обычно шутили, сколько собачьих упряжек и лошадиных троек нам приходилось поменять, чтоб добраться до места нашей учебы. Но пока я только высчитывала в уме, когда же я смогу пребывать на свободе и как долго. С утра и до вечера без контроля!
Ура! А вдруг я не такая хорошая девочка? Хотелось хоть раз в жизни сделать что-нибудь запретное. Прогуляться с мальчиком по парку или с подружками устроить развеселую вечеринку с гаданиями.
Гадание на суженого – это отдельная история. Собирались мы дружной и заинтересованной кучкой. За две недели договаривались о встрече у кого-нибудь на квартире. Ожидали сие событие с трепетом.