– Да уж, мам, видела бы ты, как я опозорилась на собеседовании.
– А что такого случилось?
Пришлось рассказать о шестнадцати годах обучения и моем новом отчестве Ожерельевна. Я думала, что она начнет сейчас хохотать от души, а мама расширила глаза и застыла. Минуты две она сидела неподвижно. Потом изрекла:
– Господи… Это тебя сглазили. Точно.
– Ага, сглазили, как бы не так. Может, у меня в сумочке лягушачья лапка и пупочек дождевого червяка лежат, надо посмотреть. Мам, ну что ты, смеешься, что ли? Волновалась я, и этим все сказано. Не публичный я человек.
– Ой, доченька, бедная моя. Ну ладно, все позади.
– Наоборот, мамуль, все впереди. Столько лет учебы, потом работа в садике. Все впереди.
– Ты, главное, Динка, разбирайся в людях.
– Ты повторяешься, мам.
– Могу еще раз сказать. Ты у меня такая добродушная, будешь всех жалеть, помогать бесплатно.
– А кто ж за плату помогает? Конечно, буду помогать, на другое не надейся.
– Сначала себе помоги, потом подружкам.
– Да, мамуль. Дружить нельзя поссориться.
Поставить запятую в этом предложении для меня всегда было очень сложно. Будучи сердобольной девушкой, я подкармливала кошек во дворе, отгоняя от них собак. А потом несла угощение и собакам, отгоняя теперь уже кошек. Вместе столоваться они никак не хотели. Враждовали громко, лишая друг друга возможности поесть миролюбиво.
В школе я давала списывать уроки всем, кто только попросит. Правильно или неправильно я выполняла домашнее задание, это уже другой вопрос. Главное, поделиться с товарищами. А дальше уже не мои заботы, если я получала «четверку», а списывающий друг «тройку». Я никогда не умела говорить четкое «Нет!». Особенно тем, кого мне было очень и очень жалко. Я готова была объять весь мир, в ущерб себе и в угоду моим друзьям, сделать для них все, что бы они ни попросили. Этим моим недостатком пользовались многие знакомые.
Вот и первые дни учебы. Полная аудитория девчонок. Даже непривычно было не наблюдать мальчишек-одноклассников и не слышать их грубоватый смех.
Я с интересом рассматривала свою группу. Вот тройка светловолосых невысоких девочек. Они сидели, тихо перешептываясь и озираясь вокруг. Вот две подруги хохотали в голос и с интересом обсуждали всех, находящихся в аудитории. Кто-то вел себя раскованно, кто-то сидел молча, глубоко задумавшись о чем-то своем. Мы ждали первую лекцию.
Я сидела и рисовала ручкой узоры на последней страничке тетради. Тут ко мне подошла фигура и спросила:
– Привет, можно с тобой сесть?
Я подняла голову. Передо мной стояла девчонка невысокого роста, со вздернутым носом и прыщиком под ним. Она улыбнулась мне, а я ей.
– Конечно, можно. Садись. Пирожок хочешь?
Не знаю, почему мне захотелось спросить именно это.
– Буду, давай.
Я полезла в сумку и вспомнила, что не взяла мамины пирожки. Утром, перед поездкой на учебу, она мне их три раза засовывала в сумку, а я три раза вытаскивала. Я победила утром, о чем сейчас пожалела.
– Ой, извини, пирожки дома остались.
– Ну, ничего страшного, поедим в столовке. Меня Аней зовут. А тебя как?
– Дина.
– Будем подругами, – Аня похлопала меня по плечу, – я вижу – ты классная. Я тоже ничего. Я тебя видела на практике летом. Жаль, надо было раньше с тобой познакомиться. У тебя парень есть? – неожиданно спросила моя новая знакомая.
– Еееесть, конечно, – соврала я, чуть поднимая голову для правдоподобности ответа.
– А у меня нет, – захохотала Аня, щелкнув меня по носу. А я тут же почувствовала себя распущенной идиоткой.
– Ань, да я пошутила, ты что, шуток не понимаешь? Нет у меня никого.
– Дин, я тоже пошутила, есть у меня парень. Игорьком зовут. Слушай, а это не ты на практике трубу одним мизинцем несла?
Мы расхохотались обе. Причем Аня смеялась в голос, немного подвизгивая, а я хихикала глупеньким смешком, готовая провалиться под землю.
Так я познакомилась с моей первой подругой в училище. Надо сказать, мама частенько меня называла магнитом для неудачников, обиженных и хулиганов. Магнит сработал. Чуть позже я узнала, что Аня живет у тети, так как Анина мама умерла. Мне было очень жаль подругу! Однако я солгу, если не скажу, что с ней у нас впоследствии нашлась масса общего…
До того, как осенним первосентябрьским днем училище распахнуло двери для желающих учиться, студенток собирали на трудовую практику. Это было обязательное условие в становлении нас как педагогов. Труда бояться – не быть воспитателем!
По утрам мы встречались всей группой и получали задания на день. За выполнением этих заданий мы и знакомились, и узнавали об училище новые подробности, которыми щедро делились девочки постарше.
Нам поведали обо всех преподавателях, с кем можно смело подружиться, а кого бояться и падать в обморок при встрече. Конечно, пока мы лично не познакомились с коллективом учителей, особо не верили этим россказням.