Незадолго до этого (в марте того же года) Хосоки уже отказалась от участия во всех телепрограммах, в которых она регулярно появлялась. Две из них, «Что такое счастье? История бесчисленных сокровищ» на Fuji TV и «Я скажу вам прямо!» на TBS, закрылись с уходом Хосоки.
Таким образом, после ухода с телевидения для Хосоки больше не было смысла продолжать судебные тяжбы.
Мы просто пишем и публикуем то, что интересно нашим читателям, что отвечает общественным интересам. В каком-то смысле я стал жертвой иска Хосоки, и в свое время я даже хотел подать на нее в суд. Хосоки использовала этот судебный процесс, чтобы отвлечь внимание общественности от опасных фактов. Она воспользовалась судом в своих целях. У нас как у ответчиков не было другого выбора, кроме как принять отказ истца от иска. Обидно, хотя наша сторона, по сути, победила.
Кэндзи Мори, глава Цукаса Когё, вероятно, пытался убедить Сэйдзи Такаяма заставить Хосоки отозвать иск, сказав, что он и так нахлебался проблем с этим неуемным Мидзогути. Говорят, что Такаяма упрекнул Мори в том, что он лезет куда не надо. Мой информатор из Кодо-кай передавал мне, что Мори жаловался на это.
Когда я услышал это, то подумал, что Такаяма действительно был очень проницательным человеком. Он сразу же понял суть происходящего, хоть и не был непосредственно в это вовлечен. На самом деле, ничего бы не произошло, если бы Мори не сообщил Хосоки, что я собираюсь писать о ней статью. Мне не пришлось бы использовать его в своих целях.
Участвуя в судебном процессе по иску Кадзуко Хосоки на 600 млн иен, я готовился подать иск против Ямакэн-гуми о возмещении морального ущерба по делу о нападении на моего сына. Мне также приходилось выполнять и свои повседневные обязанности. В 2006 году я одновременно работал над серией статей о Хосоки в Weekly Gendai и над книгой, так что год выдался напряженным.
Мне предложили помощь в продвижении судебного процесса против Ямакэн-гуми. 25 июля Хидэми Ито, бывший инспектор полиции префектуры Сидзуока, с которым я был давно знаком, представил меня двум адвокатам: Ёсихиро Мицуи из Хамамацу (был известен своей компанией по изгнанию из офиса Итирики Икка-гуми, банды клана Ямагути; был ранен ножом в спину членом банды, умер от болезни в августе 2007 года) и некоему Нагао (сей господин, кажется, являлся членом Комитета по противодействию гражданскому насилию Японской федерации коллегий адвокатов). Ито, видимо, решил, что мне может пригодиться поддержка этих господ, поэтому познакомил нас. Мы сидели и пили чай в ресторане в парке Хибия.
Надо сказать, это был не самый легкий разговор. Нагао был очень высокомерен. Он сказал:
– Правда? Вы хотите подать в суд на Ямакэн-гуми, а не на Ямагути-гуми? У вас личная неприязнь к бывшему боссу Ёсинори Ватанабэ? – Тон голоса, которым он говорил, был очень неприятный.
Мне очень хотелось резко ему ответить. Меня ударили ножом в спину по приказу Ватанабэ – будет ли это достаточной причиной, чтобы испытывать к нему неприязнь? Однако я сдержался и спокойно пояснил обстоятельства дела:
– Причиной ранения моего сына были мои проблемы с кланом Ямакэн. Признание преступника привело к тому, что столичный департамент полиции начал расследование в отношении подразделения Ямакэн-гуми – Кэнкоку-кай. С приходом шестого босса Ямакэн-гуми пик ее могущества прошел, и то, как она принимала новую систему, сильно отличалось от действий других групп. Следовательно, тактика судебного преследования Ямагути-гуми должна быть другой, нежели в случае с Ямакэн-гуми. В контексте данного дела ответчиком должна быть Ямакэн-гуми. Если моим противником будет Цукаса Синобу, лидер Ямагути-гуми, то фокус будет размыт.
Затем я добавил:
– Я не рассчитываю на поддержку Японской федерации коллегий адвокатов. Я обращаюсь к адвокату в частном порядке за определенную плату. Есть один адвокат, к которому я обращался в прошлом году по вопросу об авторском праве и выиграл дело, поэтому я собираюсь снова обратиться к нему. Я не планирую расширять свою команду защиты.
– Все в порядке. Мы можем поддержать вас, – ответил Нагао.
«Да кто ты, черт возьми, такой! Обойдусь как-нибудь без твоей поддержки!» – думал я про себя, прощаясь с ними. Он действительно был очень неприятный человек.
Все же у меня остались приятные воспоминания об адвокате Ёсихиро Мицуи, который мало говорил на той встрече. В последующие годы я вел программу на канале Kyushu Asahi Broadcasting, в которой в ключевые моменты я брал интервью у членов банды Кудо-кай, контролировавшей Китакюсю. Тогда же я попросил полицию префектуры Фукуока дать интервью, однако мне сказали, что лично со мной они разговаривать не будут, и прислали адвоката, чтобы тот ответил на мои вопросы. Это и был Ёсихиро Мицуи. Подождите, адвокат Мицуи из Хамамацу будет представлять полицию префектуры Фукуока? Я был удивлен, но решил, что все в порядке, и встретился с ним в Фукуоке.
