С тех пор я ни разу не взял деньги за статью. Я также отказывался, когда мне предлагали компенсировать транспортные расходы. Однако от ужина или выпивки я не отказывался. В таких случаях я всегда находил возможность либо угостить в ответ, либо послать равноценный подарок. Но я никогда не принимал денег или сексуальных услуг. Вот почему я могу брать интервью открыто, ни от кого не прячась. Все потому, что я принял решение не принимать деньги ни от кого, кроме издателей, газетных компаний, телевизионных станций и изредка организаторов лекций.
Было видно, что Мори уважал вакагасира Такаяма. Несколько минут мы продолжали пытаться всучить друг другу конверт, но в конце концов он сдался, сказав, что я тот еще упрямец. Я благодарен Мори за то, что он отказался от идеи подкупить меня. Я не испытываю к нему никакой недоброжелательности или враждебности. Однако я совсем другого мнения о Хосоки, которая пыталась помешать публикации моей серии, обратившись за помощью к двум влиятельным якудза – одному бывшему и одному действующему. Медийный человек просит бандитов пресечь невыгодные для него высказывания. Да это все равно что плевать против ветра!
Ходили слухи, что Кадзуко Хосоки собирается подать иск и будет требовать возмещения ущерба в размере 600 млн иен. Мне было интересно, откуда и как появилась такая сумма. Хосоки, видимо, было важно произвести впечатление, она надеялась, что я испугаюсь и откажусь от своих слов из-за непомерно высокой суммы судебного иска.
7 июня я увидел его – судебный иск Хосоки, отправленный в редакцию по факсу. Затребованная сумма составляла 612 567 400 иен, а стоимость одних только печатей, прикрепленных к иску, составила 1 859 000 иен.
Я был удивлен, но не большой сумме, а тому, что в качестве ответчика была указана только компания Kodansha (в лице директора Савако Нома), а автор, Мидзогути, не был назван. Имя главного редактора Weekly Genda также не было указано.
Если Хосоки утверждает, что моя серия нанесла ущерб ее чести и репутации, то обычно в таких случаях подают в суд на издателя, главного редактора и автора одновременно. Однако автора она не тронула. А ведь это я написал статью и продолжаю дальше их писать. По идее, именно я должен быть виновником всех ее бед.
Почему же я освобожден от судебного преследования? Опасалась ли она, что я продолжу обличать ее и в дальнейшем, или же хотела посеять рознь между автором и издателем? Конечно, у Хосоки есть возможность подать против меня дополнительный иск, но если я не буду включен в качестве ответчика с самого начала, то серьезность всего судебного разбирательства вызывает сомнения. Но!
Именно я знаю все содержание всех интервью и статей, касающихся Хосоки. Однако я не привлечен к ответственности, поэтому не имею права участвовать в судебном процессе. В том маловероятном случае, если из-за моего неучастия Kodansha проиграет Хосоки, то по моей вине издательство понесет огромные убытки в размере более 600 млн иен. Мой авторитет как писателя рухнет, я больше не смогу продолжать писать. Я был заинтересованной стороной в этом процессе, поэтому я должен был участвовать в нем во что бы то ни стало.
Один из способов принять участие в процессе в такой ситуации называется «вспомогательное участие». Однако адвокат Kodansha не может одновременно быть адвокатом «вспомогательного участника». Это основано на предположении, что у двух сторон может быть конфликт интересов.
Я попросил Сигэру Омияма, адвоката из Икэбукуро, и его знакомого, адвоката Акира Такэноути (впоследствии президент Токийской ассоциации адвокатов и вице-президент Японской федерации адвокатов), выступить в качестве моих вспомогательных представителей. Оба адвоката также принимали участие в иске о возмещении ущерба против босса Ямакэн-гуми Кунио Иноуэ и других в связи с нападением на моего сына.
Сторона Хосоки назначила пять адвокатов, главным из которых был Ко Абэ. В сентябре Абэ выразил свое возражение против того, чтобы я подключился к процессу в качестве вспомогательного участника. Он сказал, что если я присоединюсь, то я наверняка буду документировать каждое заседание. Некрасиво так говорить, но команда защиты Хосоки была паршивой и ни разу не предоставляла достаточно веских доказательств, чтобы их можно было опубликовать в статье. Хорошо тебе говорить, подумал я.
В декабре судья наконец-то одобрил мое участие, и я подал несколько письменных документов и заявлений, загнав сторону Хосоки в угол. Так, в июне 2007 года сторона Хосоки заставила Кэндзи Мори, босса Цукаса Когё, который оказывал на меня давление, явиться в нотариальную контору в Нагое и подать ложное заявление, поставив на нем свою подпись и печать. Мори не хотел выступать в качестве свидетеля в суде. Судя по всему, вместо этого он дал показания в нотариальной конторе. Это необычный метод, который крайне редко используется. Он также не имеет юридической силы.
