Лось сорвался с места без предупреждения. Денис только порадовался, что вовремя вцепился в своего рогатого проводника. Туман перед Блуждающим в панике расступался, чтобы ветвистые рога не разорвали его в клочья. То и дело из пустоты выползали фантастические картины — разноцветные всполохи северного сияния, первобытный рев ниагарского водопада, сосредоточенная тишина Большого Каньона, Фудзи на фоне уходящего солнца, лениво развалившийся на песке сфинкс, осыпающийся от времени Колизей. Все это проносилось перед глазами Дениса, как будто в новостной ленте. Порой, он даже не успевал понять, что за место перед ним, как картинка сменялась. И чем дальше они продвигались, тем контрастнее становились изменения. На смену полярным снегам приходили причудливые песчаные барханы. Умиротворенность фьордов сменялась гулом мегаполиса. Денис так и не понял, что именно за город встретил его блеском ночных огней и фантастического вида телевышкой. Но, судя по промелькнувшим перед глазами иероглифам, они побывали где-то в Азии. Денис сделал для себя зарубку в памяти — обязательно спросить Великий Поисковик, что же за башню он видел. Но додумать эту мысль Денис не успел. Картины реального, привычного ему мира закончились. Он это скорее почувствовал. Воздух сгустился, приобретая яркие оттенки опасности и напряжения. Казалось, что перед глазами разворачивались все те же привычные картины природы: непроходимые леса, неподвижная гладь озер, затуманенные овраги. Но Денис чувствовал, что они пересекли границу. Леса стали темнее. Черная бездна озерной глади пульсировала в такт биению собственного сердца. В глубине оврагов извивались, скреблись безликие тени. Зовущие. Манящие. Жаждущие утянуть горячий дух в свою холодную пустоту. Чувство неясной тревоги завладело Денисом. И чем дальше пробирался лось, тем острее оно становилось.
— Альцес Иллорович, а давайте вернемся, а? — голос Дениса прозвучал тонко и жалобно. Так, что парень смутился собственной трусости. В конце концов, он под защитой оборотня. Хотя, что сможет сделать лось, если на них вдруг выскочит неведомая тварь подобно норлаху? Затопчет если только. Или забодает…
Лось в ответ фыркнул и остановился. Денис огляделся. Туман стал еще гуще. Он больше не расступался в страхе перед лосиными рогами. Казалось, что они никуда и не скакали последние… Денис задумался, сколько же прошло времени? Он уже привык к тому, что в местах, подобных этому, время течет по своим неведомым науке законам.
— Ведомым, — раздался в голове голос учителя. — Но тебе это только предстоит узнать. Сегодня ты увидел, что с помощью троп можно перемещаться не только в своем мире, но и во всех соседних. Если знать, куда идти.
— Альцес Иллорович. А где мы сейчас? — ежась от внезапно окутавшего холода, спросил Денис.
Опасность тут чувствовалась особенно остро. Денис прищурился, силясь разглядеть в темноте то, что так его тревожило. Тьма в ответ заколыхалась, но так и не раскрыла свою тайну. Зато привычную тишину робко надломил тихий стон. Затем еще один. И еще. Денис напряг слух. Странный, такой знакомый, но почему-то сейчас никак не узнаваемый звук раздавался где-то на грани создания. То ли треск. То ли всхлип. Как будто кто-то подбрасывал в костер пучки сухой травы, от чего они шипели и искрились.
«Или чьи-то колосья-судьбы», — промелькнуло в голове у парня.
— В верхней Нави, — перебил мысль учитель. — У Черного озера. Отсюда идет исток реки Смородины. Но о ней тебе расскажут позже.
Денис вздрогнул. Он не стал говорить, что уже успел познакомиться с этой легендарной речкой. Точнее, с ее притоком.
Другое насторожило парня. Получается, что в своем сне-не-сне он побывал в навьем мире.
— Обязательно выпишу сердечную благодарность библиотекарю! — тихо пробормотал Денис. В следующее мгновение лось сделал шаг, и парень оказался сидящим в кабинете физики. Настенные часы показывали, что не прошло и десяти минут.
Вздохнув, Денис поплелся в библиотеку. Ему предстояло написать целый трактат по свойствам цветка папоротника для Вероны.
Несколько дней спустя, Денис все также бился в библиотеке с ненавистным папоротником. Библиотека для Васнецова стала практически второй комнатой. Все время, которое не занимали уроки, приходилось проводить тут. Резные темные стеллажи, за десятки лет отполированные чьими-то руками до блеска, надежно укрывали Дениса от окружающего мира с его проблемами. А горы домашних заданий, которые добрейшие преподаватели валили на бедную голову, мешали этой самой голове раздумывать о проблемах собственного происхождения. За неделю он должен был узнать как минимум то, что его одноклассники учили с рождения. Перспектива не радужная, но Денис поставил себе цель во что бы то ни стало справиться с этим.
— Васнецов, привет, — бодрый голос Ёльки пронзил умиротворенную тишину библиотеки и оборвал цепочку мыслей, отчего Денис вздрогнул.
— Да что же это такое, а! — парень со злостью отбросил ручку. То ли он настолько уставал, то ли просто был невнимательным по жизни, но в последнее время все заставали его врасплох.
