Неужели, в зеркале он увидел то, что и впрямь имело место быть? Иосиф Федорович отпрянул и застыл, разведя руки по швам. В висках забухали молоты.
- Бред какой-то... Знать не хочу!
Он захлопнул дверь шкафа и зашагал было на кухню. Услышав позади протяжный мерзкий скрип, снова замер, как вкопанный.
- Да что же это?
Дыхание его напоминало предсмертное сипение Дарта Вейдера, поверженного сыном. Пот струился, как сок из березы по весне. Он секунду-другую таращил глаза на гостеприимно открытую дверцу, а потом совершил поступок, о котором оставшиеся три дня своей жизни думал во сне и наяву.
Он прошагал к шкафу, выдернул
из кармана жилетки злополучный камень, вышел в коридор и осмотрелся. Увидел на крючке при входе одежду сантехника. Тот все еще побрякивал и пыхтел в туалете. Иосиф Федорович, не теряя ни секунды, подошел к одежде и... Облегчение, которое он испытал, когда разжал опущенные в задний карман джинсов юноши пальцы, можно сравнить только с хорошим походом в туалет. И, будьте уверены, именно это он и сделает в первую очередь, как только мастер уйдет.
Тот, впрочем, не заставил себя долго ждать.
- Все. Готово дело.
Юноша показался в дверях туалета, вытирая руки о комбинезон, и посмотрев на хозяина, отчеканил стандартную фразу:
- Водичку запустил, все проверил - ничего не течет. Оставлю вам номер водоканала. Позвоните им, скажете, что хотите счетчики опломбировать - первый раз это бесплатно. При записи показаний в квитанцию смотреть на черные циферки. Уборочку я сделал - не напрягайтесь. Если есть вопросы - самое время их задать. Который час, кстати?
- Одиннадцать. - ответил Иосиф Федорович, для галочки заглянув в туалет. Как-то стыдливо отвел взгляд и полез в карман своего пальто на крючке. - Оч-чень хорошо, спасибо. Сколько в общей сложности я должен?
- Все эти вопросы к Сергею. Думаю, вечером или раньше он к вам заедет. Не смею больше задерживать. - сказал мастер и принялся рассовывать по ящикам свой скарб.
- Что вы, что вы! Это я не смею! - запыхтел старик.
Он молча пронаблюдал процесс сборов, заложив руки за спину. Рукопожатие, как и улыбка, несмотря на его старания, вышли какими-то вялыми
- Рад был помочь. - улыбнулся молодой человек.
- Очень приятно удивлен вашим э-э-э... профессионализмом. И э-э-э... нестереотипностью. Редко теперь встретишь таких.
И совсем неожиданно для себя, даже не своим голосом, добавил вслед уже спускающемуся по лестнице юноше:
- Митька!
Он обернулся и дрогнувшим голосом сказал:
- Да?
- Пусть у твоего пути будет Сердце.
Только за грубым хлопком двери и щелчком замка Иосифа Федоровича посетило осознание. Что за вздор он нес? Почему окликнул его Митькой и почему тот отозвался? Он вообще не спрашивал
его имени! И почему, в конце концов, он так подло избавился от того камня? Можно было просто отправить его в мусорное ведро! Он долго с отрешенным видом стоял в коридоре, прежде чем вернулся в кресло, закурил и принялся нервно щелкать каналы, пытаясь заменить картинки видений из зеркала изображениями передач воскресного утра.
Через шесть или семь дней соседка позвонила в ЖКХ и пожаловалась на запах в подьезде - будто крыса сдохла. Муж Зои Ильиничны сказал ей, что уже три дня не может достучаться до соседа снизу - хотел отдать салатницу. И лишь когда еще через пару дней смрада приехали коммунальщики и сузили круг поиска источника вони до третьего этажа, соседи сошлись во мнении о том, что Иосиф Федорович, наверное, оставил что-нибудь мясное на столе, как бывало раньше, и уколесил на дачу. Выносить это безобразие было уже невозможно. Решили действовать незамедлительно и вызвали ребят из службы по вскрытию замков.
Мухи, которые обычно в это время года уже готовятся к спячке, тучей вырвались на лестничную площадку с потоком горячего смрадного воздуха из квартиры. Не все желудки выдержали подобной шутки. "Потный" труп пенсионера нашли в большой комнате в обществе жизнерадостного ведущего "Других новостей". Иосиф Федорович "сидел" в упавшем на спинку кресле, вцепившись в подлокотники. Старик здорово ударился головой о стену затылком, когда, задыхаясь, опрокинулся назад. Мухи кружили над ним, присаживались и с хищным злорадством потирали лапки друг о друга, беспрестанно ползали по особенно синей на фоне седой бороды коже лица, губам, языку. Полуоткрытые глазницы были забиты желтой, копошащейся, слизеподобной дрянью. Прибывшие позже, полиция и врач с санитарами констатировали смерть в результате острой
кислородной недостаточности. Полупьяная соседка говорила, что слышала ночью какой-то дикий ор дня три-четыре назад, но кто ее слушал?
