— Господин ап Гвилан, вы гоните меня?
— Нет, но как же служба? Господин Корт полагаю, будет недоволен вашим отсутствием на посту?
— Так я на службе, господин Корт дал приказание в первый день сопровождать вас, отменять его не отменял. Да и поймёт он, дело — то ваше господин государственное! — и переходя на шёпот, кивая на спутников, — да и этим людям я бы не стал доверять. Так что я с вами, если вы конечно меня не гоните?
— Нет, нет, Сидий, что ты, я буду рад компании человека, которому смогу доверить свою спину.
Улыбнувшись и признательно кивнув Сидию, они вдвоём продолжили поездку миновав город, в котором произошло, довольно много событий в такой короткий промежуток времени.
Проскакав до наступления заката, отряд съехал с тракта, чуть углубившись в лес. Там разложив лежанки, на скорую руку нарубили веток, и развели костёр. Пока один из бойцов ап Риния кидал в похлебку нехитрые припасы взятые в дорогу, второй с луком обходил дозором вокруг ночной стоянки. Неподалёку мирно паслись рассёдланные лошади. Сидий обратился к повару, темноволосому и бородатому воину с большим количеством седых волос, зелёными смешливыми глазами:
— Как зовут-то хоть вас, служивый?
— Евферий меня зовут, моего товарища Фестом кличут, а ты-то сам из чьих будешь? — не отрываясь от перемешивания своего варева, спросил Евферий, потирая усы с проседью.
— Сидий я, страж по общим поручениям префекта Корта.
— То что ты из людей Корнелия — я понял давно. Служил я под его началом, еще во времена Мализийской кампании. Он тогда ещё дослужился до центуриона пилуса приора наконец-то, долго к этому шёл.
— Ого, и как ты это понял, что я его боец?
— Да как-как, видел я в городе, как он вас гоняет, — усмехаясь в усы сказал Евферий, зачерпнув ложкой варево, отхлебнул, и довольно хмыкнув, продолжил — ну вот и готово. Уж не обессудьте, господа, что есть, то и подано!
— Давно пора, у меня уже живот к спине прилип, — плюхнулся с похлебкой ап Риний, быстро и не чинясь начал есть, издавая довольные звуки, продолжил, — мэтр Луций, а вам особое приглашение нужно?
— Нет конечно, — с ухмылкой взяв наполненную миску, сел рядом с Сидием, ап Гвилан, — мэтр Марк..
— Господин ап Гвилан, в Легионе когда-то была традиция, что если представители древних родов проливают вместе кровь, то имеют право переходить на ты, в неофициальном общении, если Вы не против, я бы продолжил следовать этой традиции, — вздохнув сказал ап Риний, и обвёдя глазами отряд продолжил — тем более мы среди своих.
— Марк, я пожалуй, не буду нарушать традиций Легиона, — усмехнулся ап Гвилан, — у меня вопрос по твоей деятельности, как вообще тебе пришло в голову зарабатывать нелегальным ввозом-вывозом?
— Луций, мы конечно уже боевые товарищи, и все такое прочее, но не перегибай палку, — лёг закинув руки за голову ап Риний, и пожевав сорванную травинку, продолжил — Октавиан Витиний, этот боров жирный, пришёл однажды с предложением от которого очень трудно отказаться. Мой род был практически уничтожен, во время Мализийской кампании, наши земли располагались как раз по границе с ними. Почти всех членов рода вырезали, селения и усадьба сожжены, плебеи уведены в рабство или убиты. Как единственный оставшийся представитель по-мужской линии, я продал всё что осталось, похоронил мертвых, собрал вдов, и уехал навсегда как можно дальше оттуда. Здесь купил усадьбу. Бри все-таки провинция, не столица, земля дешевле. Спустя какое-то время, денег стало не хватать, я сошёлся с дуумвиром, и он видя моё положение, и не слишком большую щепетильность сделал предложение заняться совместным делом. Естественно дело было нелегальным, сначала мелочёвка, потом я всё больше оказался втянут в преступную деятельность дуумвира. Но, к его чести могу сказать денег я заработал много, всех вдов и кузин я выдал замуж, выживших детей выучил, и устроил их судьбу. Сам так и не женился, к сожалению.
Бойцы на протяжении рассказа, молчавшие, переглядывались в свете костра. Нехотя Сидий встал, чтобы сменить Феста. Через пару минут, второй боец плюхнулся на лежанку, и с фразой: «О, здорово, ещё тёплое», принялся лихорадочно набивать брюхо. Фест в противоположность коренастому ветерану Евферию, оказался длинным и относительно молодым воином с плутоватым лицом.
Разбившись на дежурства, отряд спокойно переночевал в летнем лесу. Лишь уханье ночных птиц, и стрёкот цикад нарушали тишину опустившуюся на лагерь. Луция, как наиболее уставшего разбудили перед самым рассветом дав ему проспаться всю ночь, спустя немногим менее часа, все и так уже были на ногах, подчищая остатки ужина. Когда лошади были вновь оседланы, а лагерь собран, Марк и Луций, решили во что бы то ни стало добраться сегодня до Миртры, чтобы ночью суметь затеряться в ней от фрументариев.
