— Более чем, — девушку забила лёгкая дрожь, возможно, от волнения предстоящего открытия, а ещё частично оттого, что голые пятки соприкоснулись с холодом каменных плит.
Фон Бинц развернул её к себе спиной, и Линда ахнула, непонимающе повернув голову к барону.
— Как сюда попал этот бедолага… — затем побледнела, и её зрачки расширились так, что глаза цвета тёплого молочного шоколада стали почти обсидиановыми. — Или это то, о чём я думаю?
Фредерик развернул голову девушки к предмету её удивления. На полу лежало тело человека. На первый взгляд, мёртвого, абсолютно. В погребальных пеленах, на вид которым было несколько тысяч лет. Но сам мужчина пребывал в таком состоянии, что можно было, глядя на него, сделать вывод о том, что тот умер… только что.
— Это он? — переспросила девушка и сбросила со своих плеч одеяло, оставшись в длинной футболке, впрочем, не скрывавшей стройных бёдер, правда, прикрытых наполовину тонкой тканью от назойливого взгляда мужчины, но сейчас ей было не до любовных игр.
Линда решительно подошла к «трупу», лежавшему в саркофаге, сдвинутая крышка которого была наспех и небрежно поставлена рядом, и ещё раз изумилась. Ведь создавалось такое впечатление, что он просто спит и в любой момент может проснуться.
— Ты шутишь надо мной… — пробормотала она, обратившись к барону, жадно оглядывая покровы тела мужчины, пролежавшего в храме. — На его коже нет и намёка на разложение. Как такое возможно?!
— А вот на этот вопрос предстоит ответить вам с биологом… — в голосе Рико слышалось нетерпение, и он подошёл к Линде, встав рядом. — Видишь белый шрам на его руке? — он вынул из кармана помятых льняных брюк перочинный ножик, открыв его почти перед самым носом Линды, та вздрогнула, но не отстранилась, пытаясь понять мотивы барона, лезвие было кровавым. — Я сделал надрез, — щёлкнул механизмом на рукояти ножа, так что он вновь сложился, становясь относительно безопасным, и передал его Линде — та на автомате взяла, вопросительно подняв бровь. — Пусть будет у тебя, — он улыбнулся, как будто зная что-то больше, чем она. — Так вот, кожа нашей находки регенерирует и довольно быстро, правда, оставляя лёгкие отметины.
— Этого не может быть, — когда-то Линда убеждала себя, что смирится с любой находкой, что бы это ни было, но увиденное теперь ею не укладывалось в существующую научную картину мира, ведь всему бренному надлежит гниение и распад, забвение, перерождение в неживое, в почву, пепел, прах…
— Может, — заверил тот спокойным голосом. — Не ты ли предрекала нечто подобное, ты говорила о теле…
— Я думала, что это мумия! — вскричав, возразила девушка. — Ну, максимум упоминание о каком-то лекарстве, но тело?!
Линда пыталась собраться с мыслями, вздохнув, а досчитав про себя до пяти, уже более твёрдо попросила:
— Нужно перенести его в лабораторию…
— Нет, — сказал как отрезал Фредерик.
Учёная удивлённо посмотрела в его лицо.
— Работать будете здесь, — а на её взгляд, кричащий требованием дать ответы, продолжил, — всё необходимое вам доставят сюда.
— Вам? — решила уточнить Линда, ей хотелось, чтобы не одни они с биологом увидели это чудо.
— Кассиль будет с тобой работать, — пояснил барон, улыбнувшись на то, как изменилась девушка в нестандартной ситуации, как растерялась, не веря тому, что всё, что она когда-то предполагала, с догадками о чём выступила на конференции, осмеянная другими, теперь оказалось истиной, её гений и упорство и тут привели её к результату.
— Только он? — уточнила она.
Барон утвердительно мотнул головой.
— Нам хотя бы позволят спать в палатках? — проворчала недовольно девушка.
— Разумеется, но, поднявшись сейчас наверх, ты подпишешь соглашение о неразглашении и пройдёшь необходимый инструктаж.
— И всё? — саркастично переспросила она.
Фон Бинц нахально ухмыльнулся.
— Остальное по моему желанию, — бас барона неприятно осел где-то в районе живота, и Линда предпочла сделать вид, что пропустила его слова мимо ушей.
Поняла, что не хочет тратить время на бессмысленные препирательства и пустой флирт, исследовательница на секунду задумалась, глазами шаря по помещению, что-то ища. Несколько решительных шагов к груде наваленного друг на друга мягкого инвентаря, и она извлекла перчатки.
Перед тем, как притронуться к телу «странного» мужчины, Линда мысленно собралась с духом. Почти благоговейно притронулась к его руке.
— Он же… — шёпотом, почти неслышно, однако он отразился от стен храма, аукнувшись где-то в сердце, многочисленные мурашки побежали по коже.
— Тёплый, — послышался приближающийся к ней голос биолога, он несколько оторопело осмотрел её тонкую фигурку в длинной футболке, но ничего не спросил из-за деликатности, не желая смущать коллегу.
