Из докладной записки наркома обороны С. К. Тимошенко и начальника Генштаба Г. К. Жукова в ЦК ВКП(б) с уточненным планом стратегического развертывания Вооруженных сил СССР на Западе и на Востоке. 11 марта 1941 г.
[ЦА МО РФ]
Сталин решил, что теперь он нужен в Генштабе. Это неспроста.
О решении Гитлера напасть на СССР советская разведка узнала через две недели. В марте 1941 года генерал Голиков[69] доложил Сталину: германские войска тремя группировками сосредоточены в пограничных районах, удары следует ожидать одновременно на Ленинград, на Москву и на Киев.
Наша разведка ещё в феврале 1941 года докладывала: немецкие дивизии усиленно перебрасываются из внутренней Германии на восток и дислоцируются непосредственно по линии новой советской границы.
Жуков в эти дни работал по пятнадцать – шестнадцать часов в сутки. И часто ночевал прямо в рабочем кабинете. Спал на кожаном диване, укрывшись шинелью, по четыре-пять часов. Приказывал дежурному офицеру разбудить во столько-то, вставал, делал зарядку и снова шёл к картам, к столу, заваленному донесениями.
Донесения из штабов Западного Особого и Киевского Особого военных округов свидетельствовали о том, что гроза вот-вот разразится. Пространство между Чёрным и Балтийским морями набухло войсками и боевой техникой. Беспокоил вопрос: где?
Наркомат обороны и Генштаб делали всё что могли. И быть может, больше. С поправкой на решения Сталина, порой, как казалось военным, шедшие вразрез с тем, что необходимо было делать. Сталин грубо осаживал и Жукова, и Тимошенко, когда они пытались оспорить свои отвергнутые предложения. Тем не менее под их давлением Сталин разрешил провести массовые сборы резервистов. «Сначала наша просьба была отклонена, – вспоминал маршал. – Нам было сказано, что призыв приписного состава запаса в таких размерах может дать повод немцам спровоцировать войну. Однако в конце марта было решено призвать пятьсот тысяч солдат и сержантов и направить их в приграничные военные округа для доукомплектования, с тем чтобы довести численность стрелковых дивизий хотя бы 8 тысяч человек».
Спустя несколько дней из военкоматов хлынула новая волна – почти четыреста тысяч – повесток: призывали специалистов – связистов, строителей, водителей, авиационных техников. Ими доукомплектовывали подразделения укрепрайонов, инженерных войск, противовоздушной обороны и службы тыла военно-воздушных сил.
Проблемы, накопившиеся в предыдущие годы, сгрудились, утрамбовались и теперь казались непреодолимыми: пропускная способность железных дорог в западных округах кратно уступала возможностям грузоперевозок по ту сторону границы, пути не были приспособлены под погрузку и выгрузку боевой техники, европейский стандарт спешно перешивали на свой, мосты не выдерживали веса танков, армии первого эшелона лишь на 30–40 процентов обеспечены беспроводной связью, западные укрепрайоны оказались не готовы даже в строительном отношении, часть артиллерии, снятой со «второй линии», находится где-то в пути, и неизвестно, когда её установят на линии первого эшелона и укомплектуют расчётами.
Из докладной записки наркома обороны С. К. Тимошенко и начальника Генштаба Г. К. Жукова председателю СНК СССР В. М. Молотову о необходимости досрочного призыва.
26/28 апреля 1941 г.
[РГАНИ]
Из докладной записки наркома обороны С. К. Тимошенко и начальника Генштаба Г. К. Жукова И. В. Сталину о допризывной военной подготовке. 12/13 июня
1941 г. [РГАНИ]
В середине апреля из Генштаба в Киевский и Западный Особые округа ушла директива: «Несмотря на ряд указаний Генерального штаба Красной армии, монтаж казематного вооружения в долговременные огневые сооружения и приведение сооружений в боевую готовность производится недопустимо медленными темпами.
Народный комиссар обороны приказал:
1. Всё имеющееся в округе вооружение для укреплённых районов срочно смонтировать в боевые сооружения, и последние привести в боевую готовность.
2. При отсутствии специального вооружения установить временно (с простой заделкой) в амбразурные проёмы и короба пулемёты на полевых станках и, где возможно, орудия.
3. Приведение сооружений в боевую готовность производить, несмотря на отсутствие остального табельного оборудования сооружений, но при обязательной установке броневых, металлических и решётчатых дверей.
4. Организовать надлежащий уход и сохранность вооружения, установленного в сооружениях.
5. Начальнику Управления оборонительного строительства Красной армии немедленно отправить в округа технические указания по установке временного вооружения в железобетонные сооружения.
О принятых мерах донести к 25.4.41. в Генеральный штаб Красной армии.
Начальник Генштаба Красной армии
Генерал армии – Г. Жуков».
Возможности советской промышленности не могли покрыть нужды армии. На фоне недовыполнения плана по выплавке многих видов металла, выпуску танков, в особенности КВ и Т-34, новых типов самолётов, артиллерийских орудий и систем залпового огня, а также стрелкового оружия запросы Генштаба выглядели не просто нереальными, а фантастическими.
