Из воспоминаний маршала Баграмяна, в те дни полковника, начальника оперативного управления штаба фронта: «Жуков поинтересовался, имеем ли мы проводную связь с Музыченко. Получив утвердительный ответ, генерал армии сказал, что побывает у него, а пока переговорит с ним. Кирпонос приказал немедленно вызвать командующего 6-й армией к аппарату. Выслушав доклад командарма о состоянии войск, о противнике, Жуков особо подчеркнул, насколько важно, чтобы 4-й мехкорпус как можно быстрее был переброшен на правый фланг армии».
Когда Жуков командовал кавалерийской дивизией в Белорусском военном округе, Музыченко был у него командиром кавполка. В КОВО они тоже служили вместе. Удар намечался на фронте 6-й общевойсковой армии, и на Музыченко ложилась огромная ответственность. Ключевая роль в операции отводилась 4-му механизированному корпусу генерала Власова[83].
Странная история произошла с этим генералом, «восходящей звездой РККА», и его корпусом в те дни.
Четвёртый механизированный корпус был самым мощным в составе Юго-Западного фронта. Формировать его начал генерал Потапов. Корпус создавался как образцовый. Именно к Потапову направлялись самая лучшая, новейшая по тем временам боевая техника и вооружение, новое, с иголочки снаряжение. Потапов создал лучший в РККА мехкорпус. В январе 1941 года, назначенный на 5-ю армию, он передал своё детище генералу Власову.
К началу войны 4-й механизированный корпус представлял собой мощное соединение, способный решать самые сложные тактические задачи в рамках армейских и фронтовых операций. В его арсенале насчитывалось столько танков, сколько едва наскребали все остальные мехкорпуса фронта, вместе взятые. 979 танков (из них 313 – новых Т-34 и 101 – КВ), 175 бронеавтомобилей, оснащённых пушками и пулемётами, 134 орудия, 152 миномёта разных калибров. Транспортный парк: 2854 автомашины, 274 трактора, более тысячи мотоциклов. Численный состав: 28 098 человек. Ко времени осенних боёв под Москвой такими по численности станут некоторые армии, притом что количество танков у них будет раз в двадцать меньше.
Не судьба была 4-му мехкорпусу дать «решительный бой». Вначале из его состава выдернут несколько подразделений – для латания дыр в обороне 6-й армии. Приказ Жукова о передислокации корпуса на правый фланг 6-й армии комкор Власов тоже не выполнит. Исследователи событий июня 1941 года в районе Дубно комментируют действия 4-го мехкорпуса всего-навсего как полную потерю управления со стороны командования соединения и штаба 6-й армии. Итог: к концу самого крупного в истории Второй мировой войны танкового сражения 4-й мехкорпус, воспользовавшись исправными переправами через Днепр, сосредоточился в районе Прилук. Из 101 КВ в строю осталось шесть боевых машин. Из 313 Т-34 39 единиц. В основном это были небоевые потери – экипажи во время марша попросту бросали свои машины. Причины были различными: закончилось горючее, техническая неисправность, танк застрял в болоте на переправе через водную преграду… Иногда во время отступления танк намеренно загоняли по уши в болото или в речушку и, немного побуксовав, чтобы корпус осел пониже, бросали. В лучшем случае моторную часть взрывали. Механику-водителю, мало-мальски понимавшему, какой машиной он управляет, ничего не стоило сжечь главный фрикцион, и дело сделано. Одним словом, в пехоте «самострелы», а здесь, в танковых частях…
В истории несостоявшегося контрудара мехкорпусов Юго-Западного фронта много неясного, противоречивого и не поддающегося логике. Сейчас, когда опубликованы некоторые документы, кое-что прояснилось, однако полной картины событий в районе Дубно до сих пор нет.
Ударные соединения фронта не смогли вовремя перегруппироваться, не наладили взаимодействия не только с авиацией поддержки, но и со стрелковыми частями. Единого и согласованного удара с общими задачами не получилось. В контрударе участвовали только четыре мехкорпуса. Но их действия свелись к изолированным разрозненным атакам на различных направлениях с частными и ограниченными целями, а порой и просто к ударам в пустоту. Результатом этих сверхусилий, оплаченных десятками тысяч убитых, пленных, сотнями сгоревших в танках экипажей стала задержка наступления 1-й танковой группы фон Клейста.
