На первой странице альбома была размещена ее младенческая фотография. При виде нее Вика расплылась в восторженной улыбке. Большеглазый ребенок на старом снимке умилял ее своей беззащитностью и любознательностью. Маленькая девочка тянулась сморщенными ладошками к маме в ожидании того, что ее прижмут к себе и дадут все то, что ей тогда было необходимо: любовь и заботу.
Девушка, перевернув страницу альбома, неожиданно рассмеялась. На следующем снимке она, уже повзрослевшая, но еще маленькая и желторотая, сидела под столом в окружении блестевших фантиков из-под конфет. Поедая сладости, она размазывала шоколад по лицу, будто прожорливый медвежонок.
«
Вика не спеша листала альбом дальше, встречая старые полузабытые фотографии и проживая их историю вновь и вновь.
Здесь она взяла свою первую награду. На этом фото она пошла в первый класс. На этом снимке перешла в среднюю школу. Тут они с родителями отдыхали в горах, исследуя их рельефные склоны, а здесь, на берегу Индийского океана, прогуливались в окружении смуглых и темноглазых аборигенов. Здесь она держит морскую звезду и удивляется ее большим размерам, а здесь примеряет образ жительницы африканской деревни. Здесь она уже подросла, стали заметны ее формы… Вот тут она с богатыми сверстниками на одном из многочисленных гламурных мероприятий, на которых она любила покрасоваться в ярких платьях. А здесь в одном лишь купальнике розового цвета позирует фотографу, как настоящая модель, элегантно расположившись на шезлонге… И на каждом снимке ее лицо было отражением всего самого заветного, что ребенок может испытать в юные годы, – всеобщие любовь и признание.
Вика снова перевернула страницу и замерла, касаясь подушечками пальцев неровной бумаги. Улыбка ликования на ее губах поникла, а сердце сжалось в груди, будто скрученное тугой проволокой.
Эта фотография была сделана в одну из тех осенних пор, когда ты не думаешь, сколько тебе лет, смело двигаешься навстречу мечтам и веришь, что все лучшее впереди.
Вика на секунду отвела опустевшие глаза на награды и снова посмотрела на снимок, рвано вздыхая.
На фото двое молодых людей держали ее за ноги, поднимая вверх. Вика, лениво схватившись за их плечи, повисла на руках парней. На зубах сверкали брекеты, щеки разрумянились от осенней непогоды и смеха, а голубые глаза сияли жизнерадостностью и наивностью.
Еще полные бедра, прикрытые задравшейся плиссированной юбкой, и объемные круглые плечи выдавали в ней пока маленькую женщину, которая однажды станет невероятно привлекательной особой. Ее лимонные кудри были уложены под две золотые заколки от дорогого бренда и развевались в разные стороны, как у Сейлор Мун.
В парне, который стоял слева, Вика узнала шестнадцатилетнего Сашу. Тогда еще угловатый смазливый подросток, он смотрел в камеру и улыбался во все тридцать два зуба. Его короткие волнистые волосы лезли в его лицо от легкого дуновения ветра, и он зажмурился, не давая вредным локонам испортить свой нежный анфас на фотографии. Вика слегка приподняла уголки губ, против воли смотря на другого молодого человека, который на снимке стоял справа от нее.
Семнадцатилетний Вадим, еще не обезображенный шрамами и косметологическими вмешательствами, был образцовым красавцем: аккуратный разрез глаз, который не часто встречается среди ее знакомых, «мужественный», как выразилась она однажды, нос, небольшие ровной формы губы, высокий квадратный лоб и острый подбородок. Он смотрел на пятнадцатилетнюю нее, словно замерев в моменте, с теплой улыбкой на лице.
В голову Вики ненароком полезли, казалось, забытые воспоминания, и она, будто под неосознанным гипнозом, самозабвенно окунулась в них с головой. Опять.
Обрывочные, фрагментарные, они накрывали ее с головой…
Вика сжала веки и вздрогнула от взрывного треска разбитой вазы, стекла столешницы, разгромленной мебели, который оглушал ее снова и снова.
Она вновь содрогнулась, ощущая забытый порыв ветра от захлопывавшейся перед ней двери… Его безразличный холодный взгляд неотвратимо откинул ее от себя раз и навсегда…
Девушка, с ненавистью захлопнув альбом, швырнула его в мусорное ведро. Спрыгнув с кровати, она зашагала по комнате в надежде спрятать назад то, что отчаянно рвалось из нее наружу.
Она резко заморгала, останавливая выступившие на глазах позорные слезы. Сделав несколько уверенных вдохов, она расправила плечи и сжала крепко кулаки, противостоя искушению поддаться постыдным эмоциям.
Зазвонил телефон. Вика кинулась к нему, быстро хватая айфон. Она в привычной радостной манере ответила на звонок:
– Алло…
Роза серьезно задумалась над покупкой нижнего белья. Перед учебой она проверила подарочные деньги, и, поняв, что четырехзначной суммы будет достаточно, сложила их в кошелек. Набрав номер телефона, она прислушалась к гудкам ожидания.
– Привет, – произнесла Серебрянникова, когда на том конце связи подняли трубку.
– Привет, – произнесла задумчиво Никольская.
