Журнал «Парус» №67, 2018 г. полностью

Родился он в далеком Шанхае в семье артистов-эмигрантов. Но родители рассорились, разъехались, случилась какая-то «история» с трагедией, что бывает. Он оказался в приюте, но скоро был усыновлен семьею других русских эмигрантов. Новая семья вернулась в Советскую Россию. Отец – ученый, инженер – вскоре занял важный государственный пост. Юноша проявил способности к музыке и стал серьезно заниматься. Но спокойная жизнь продолжалась недолго. Отца «забрали». Арест произошел быстро, без шума: отец после работы отдыхал в кресле, покуривая папиросу, читал книгу. Люди в форме постучали, поздоровались, вежливо попросили пройти вместе с ними. Ни обыска, ни соседей-понятых, ни истерики родственников – просто отец встал и ушел, а пачка папирос «Наша марка» осталась лежать на столе. Была надежда, «что это ошибка, что разберутся и скоро выпустят». Сын из мальчишеского хулиганства пользовался случаем и по одной папироске, чтобы незаметно было, выкуривал. Но папироски закончились, а отец так и не вернулся. Осталась лишь память о нем, пачка «Нашей марки», которая всегда рядом, всегда под рукою, дымок папиросы, пепел ее серебряный, как виски отца только-только седеть начавшие.

Но вернемся к обзору духовных феноменов языческого Египта. К названным выше прибавляются еще и духи предков, которым египтяне искренне поклонялись. И это понятно. Уже сны показывают потомку, что его умерший предок не уничтожился. Он является во сне, дает советы и требует услуг как это было при жизни – ведь и дед, и отец при жизни заботились о семье. Поэтому данные духи вызывают у человека наибольшее доверие – есть основание полагать, что они не оставят их и после смерти: будут помогать и заботиться. Дух предка, правда, требует себе пищи (в некоторых религиях – более серьезной жертвы). Но и сам помогает потомству. У египтян высшие боги были именно предками.

Нельзя не отметить, что современный человек относится к предкам без излишнего «языческого практицизма» – просто помнит, уважает. Но этот высоконравственный момент остался от древнего, языческого почитания, остался, значит, присутствовал в нем, вырос из него.

Проблема, здесь затронутая, имеет еще один – художественный аспект. Вера в существование духов предков, почитание их, общение с ними постепенно формируют в культуре не только уважительное отношение к прошлому, но и эстетическое отношение к нему. Прошлое не исчезло окончательно из жизни, оно живет в настоящем, обогащает настоящее, внося в актуальную суету поэтическое содержание. Некоторые художники обладают особым даром поэтического воспроизведения прошлого (наука эту способность обозначает термином «пассеизм» – корявым, правда). Этим даром владели в полной мере великие художники – Гомер, Шекспир, Чайковский, Пушкин, Толстой, Мережковский… Из современников наших назову не так давно погибшего автора великолепных исторических романов о Московской Руси Ю. Балашова. Самый знаменитый эпизод на эту тему – «тень отца Гамлета» – завязка главной трагедии Нового времени, точнее даже – завязка всего искусства Нового времени, хотя потом все развилось, усложнилось и расцвело. Но эпизод из Гамлета, согласимся, непосредственно связан с древнейшим культом, вырос из него.