Еще следует сказать о «тотемизме», вере в то, что прародителями рода были животные. Тотемизм – верование в высшей степени распространенное среди древних народов, особенно расцвел он в Египте. Обожествление животного прародителя рода связано с функцией, которая есть у него, но отсутствует у человека. Политеизм древних, часто разрушая целостное видение божества, начинался с простейшего абстрагирования функций. Пример тривиальный – способность птицы летать. У человека нет этой способности, а у птицы она есть. Ей люди как божественной поклонялись, перенося поклонение на конкретную птицу – сокола, ибиса и проч. Египетская религия была глубоко смущена тотемизмом. Так, богом царства живых был Гор – сокол, убийцей его отца Осириса – осел и так далее. Самая знаменитая религиозная скульптура египтян – Сфинкс – есть лев с лицом человека, фараона, точнее. Кошки, жуки тоже обожествлялись. Но, кроме этого, в тотемизме были сформированы религиозно важные табу – запреты.
Табу-запреты, вытекающие из культа животных, как считают современные ученые, сыграли огромную роль в становлении нравственности в древнем обществе. Так, принадлежащие к одному племени-тотему (крокодилу, льву, собаке и проч.) люди мыслили свой род в качестве единого тела, поэтому запрещалось убивать и поедать не только животного – прародителя рода, – но и соплеменника своего. И соединяться в совокуплении тоже запрещалось, что для оздоровления народа в высшей степени полезным оказалось. Как выяснила потом наука, – «кровосмешение» резко увеличивает риск наследственных заболеваний. И девочек пришлось замуж выдавать в чужую семью, в чужой род – жалко, но делать нечего, ибо табу! И враждующие племена роднёй становятся, ибо внуки-то общие, что способствует, конечно, нравственному, духовному развитию, доброжелательности в отношениях человека к человеку.
И еще нужно добавить, что тотемизм, с анимизмом сплетенный в единое целое, был в высшей степени «экологической», природу сохраняющей религией, а также эстетическое отношение к животному миру поддерживал, развивал, да и к природе в целом, о чем забывать никак нельзя. В языческом классическом Риме (история города тоже с животным связана, напомню!), у Вергилия, животное, как, впрочем, и растение обязательно поэтического героя «сопровождают», становятся непременным элементом стиля. Так, если он пастух, то обязательно с овцой и палкой, сидит под деревом (буком), и стихи его буколиками называются, ну и тому подобное.
И литература – книжки о животных, которые так сильно любят дети, – родственна тотемизму, родилась из того духовного движения, которое первоначально оформилось как религиозный тотемизм. Великая русская литература, например, во многом выросла из наблюдений за животными. Здесь нужно в первую очередь указать на «Записки русского удильщика» и «Записки оружейного охотника» Сергея Аксакова, а после были уже всем известные «Записки охотника» Ивана Тургенева. Некоторые скажут – «охотники, рыбаки зверей-рыб уничтожают, а не поклоняются им». Но эти, «некоторые», не прочли тексты русских писателей или прочли их невнимательно, без нужного сочувствия. Они – тексты эти – проникнуты любовью к природе, к этим птичкам, зайчикам… Автор настолько вживается в персонажей своих, что говорит уже не о них, а как бы «от их имени». Точнее, эти рыбки, птички о себе рассказывают устами автора, мифы прекрасные создают. Может показаться, что охотник идет в лес зверье губить. А на самом деле – «молиться» на красоту природы, пантеистически с нею сливаясь («молиться» – в кавычки заключил, прошу внимание обратить).
И американская культура, во многом от русской отличающаяся, тоже литературно себя обнаружила в близких тотемизму традициях. Вспомним произведения Фенимора Купера, Сетона-Томсона, да и «Белый клык» Джека Лондона в ряду этом не упомянуть нельзя, впрочем, его-то как раз забыть невозможно.
И в христианской религии, развитой, утонченной, где Бог возвышен над природой, точнее – вообще находится вне природы, тотемистические моменты присутствуют, ярко о себе свидетельствуя. В католическом мире есть св. Франциск – всеобщий любимец, странник, восхищенный природы созерцатель, людей, зверей, птиц, рыб любящий, гимны природе слагающий. Он по Италии странствовал, птицам и рыбам проповедовал учение Христа, за души их страдал, помочь хотел. В некоторых церквах христианских в день св. Франциска – в его честь – принято на проповедь животных приводить, а птички – те сами прилетают. В городе итальянском Сиене, традиции сохраняющем средневековья, лошадей очень любят. Существует в этом городе «церковь Лошади». Действительно, согласно с названием, там, в церкви этой, лошади живут, как в конюшне. Это, конечно, исключение, но все равно показательное, ибо Италия очень религиозная страна, но данную практику власти церковные допускают! Папа Римский нынешний принял имя Франциск в честь любимого святого – что знаменательно.