Да и по фильму видно, насколько свобода дельфинов хрупка и зависима от людей, делающих на шоу-представлениях морских животных свой ни с чем и ни с кем не считающийся бизнес. Так что, скорее, спасать надо самих дельфинов от всеядного человека…
В этом меня убедил и совсем недавний просмотр (26-28 июня с. г. на канале «Культура») научно-фантастического телесериала «Люди и дельфины» [12]. Это лента о проблемах поиска учеными взаимопонимания между человеком и дельфином.
При долгом непосредственном общении и изучении поведения морского животного главный герой сериала – ученый – выдвигает гипотезу, что дельфины – это морской народ, наделенный разумом. В ходе показа зрители фильма убеждаются в доброте, дружелюбии, альтруизме дельфинов, их даре предвидения и предвосхищения событий, видении невидимого человеком, многих качествах обитателей моря как спасателей… И всё же: человек подавляет волю животного (животных), делает их несвободными, запирая в водных резервациях и даже в клети. Здесь, в этом киноповествовании, опять-таки ребенок больше друг дельфину (как и в мультфильме «Девочка и дельфин). Мальчик понимает морского друга без слов и отпускает его на СВОБОДУ, взяв «честное дельфинье слово» о возвращении…
На мой взгляд, спасти человечество может лишь само человечество, если оно захочет этого, а главное – сможет убедить несговорчивую часть населения нашей планеты (несговорчивых по разным причинам, основные из которых – власть, богатство, приоритет над остальными…). Возможно, что это (спасение человечества от тотальной гибели) совершат какие-то глобальные природные катаклизмы, удачно случившиеся и благополучно сложившиеся для спасения мира.
1.
2.
3.
4.
5.
6.
7.
8.
9.
10. Мифологический словарь / ред. Е.М. Мелетинский; С.С. Аверинцев, Л.Х. Акаба, Н. А. Алексеев и др. М.: Советская энциклопедия, 1990. 672 с.
11.
12.
– Увы, уходит. Процесс этот неостановим и невозвратим. Старое, отжившее свой срок, необходимо отмирает, заменяясь новым, более адекватным духовным требованиям исторической эпохи. И это в полной мере касается области «сакрального». Причем тенденция «де-сакрализации» превалирует относительно своей противоположности.