– Ну, я представляю, какая драчка будет следующей весною на рыбопромысловом совете, – сказал Гарц с такой интонацией в голосе, словно бы уже заворачивал рукава у рубашки, собираясь влезть в эту самую драку. Каратов поморщился, но промолчал. Будет драчка, не будет драчки… какая разница? У него, Каратова, двенадцать судов, и половина из них будет облавливать те квоты, о которых уже есть договоренность с Гальпериным. Гарц об этом, естественно, ничего не знает. Ну а другие шесть судов пусть ловят рыбу из тех лимитов, которые выцарапает здесь, на рыбопромысловом совете, Гарц. Конечно, с ним придется делиться, как это и было обговорено в ресторане "У Митяя". Ну да ведь договор – дороже денег… Он, Каратов, все равно останется при своих.
– Кого-нибудь уже нашел на "Академика Елистратова" вместо Кузнецова? – спросил Гарц, притушив сигарету. – Дай мне минералки, что ли… Так нашел или нет?
– Пока что старпом у меня за капитана, Павлюк. Ты его знаешь.
– Да, немножко…
Гарц замолчал. Он сидел и попивал минералку, думая о разных вещах. Например, о том, что Кузнецова так и не нашли. И уже не найдут. А матрос Петелин по приходу судна из рейса списался с "Академика Елистратова". Теперь он – в фирме "Кентавр", куда его устроил Гарц. Конечно, жаль капитана. Но разве это не он перехватил в море радио, которое посылали японцы на "эрэску", принадлежавшую "Блонду" ? А в итоге восемнадцати тонн креветки как ни бывало…
– Я, кстати, вот зачем к тебе пришел, – вспомнил наконец Гарц цель своего визита. – Ты бы, Игорь, позвонил этому своему журналисту… О встрече бы договорился с ним, что ли…
– Зачем?
– Да так, просто. Посидите в машине, потолкуете… А заодно уж и передашь ему кое-что, – Гарц усмехнулся. – Только не говори, что от меня. Это ему пусть вроде сюрприза будет.
И вот Каратов сидит с Шитовым в машине и говорит о разных пустяках. Конверт "от Гарца" лежит у него в кармане.
– А о чем вы сейчас пишите, Женя?
– О незаконном вывозе рыбопродукции за рубеж. А что?
– Надеюсь, вы не считаете меня браконьером? – удыбнулся Каратов.
– Лично вас… – Слово "вас" Шитов, сам того не желая, произнес с легким нажимом, – лично вас, Игорь Павлович, не считаю.
Шитов не знал, что запланированная в ближайших номерах статья о незаконном вывозе сахалинской рыбы за рубеж так никогда не появится в газете. Необходимость в ней уже отпала. А фактура для этой статьи, несколько обновленная, через полгода будет вручена Малюгиным другому журналисту – Буравчику, и статья выйдет именно тогда, когда в ней будет нуждаться… достопочтимый Борис Гарц! Кстати, название фирмы "Блонд" в статье Буравчика фигурировать не будет, да и Фалеев тоже будет спать спокойно, а все критические громы и молнии "неустрашимого" примет на себя ТОО "Круг"…
– Ну вот видите? – Каратов снова улыбнулся Шитову.– Я не браконьер, вы, по-моему, тоже этим не страдаете… Есть повод веселиться, как поется в песне, – И вынул из кармана конверт. – Возьмите. Это вам.
– Спасибо, не надо. Не заслужил, – хмуро отозвался Шитов.
– Ну что вы? Возьмите, возьмите!
Шитову вдруг вспомнилось: Москва, какой-то подозрительный дом на окраине Мытищ, тот парень в маечке с надписью на ней: " I love beer"… "Эй, постой!.. Стой, кому говорю?.."
– Спасибо, не надо, – повторил Шитов все так же хмуро.
– Ну как хотите, – он спрятал конверт. – Вас куда отвезти?
– Если это вам по дороге, то на Первомайскую, пожалуйста.
Каратов молча завел двигатель. Застоявшаяся "тойота" рванулась и мягко пошла с места в карьер.
Высадив Шитова недалеко от дома, Каратов, прежде чем тронуться с места, дважды мигнул задними фонарями. Ехавшая сзади белая "Нива" обогнала "тойоту" и пошла вниз, к улице Ленина.
– Знаешь, сегодня я, возможно, задержусь, – сказала Ирина, забежав в обед домой – наскоро перехватить что-нибудь и опять упорхнуть на свое радио.
– Куда-нибудь собираешься после работы? – спросил Шитов. Жену он не ревновал, а так просто – спросил и забыл об этом.
– Да, собираюсь. В фирму "Кондор". Слышал что-нибудь про нее?
– Нет.
– Вот и я тоже ничего не слышала. До сегодняшнего дня. А нынче позвонили и пригласили в гости. Говорят, что хотели бы сделать у нас на радио рекламную передачу, просили приехать, записать интервью, – Ирина объясняла все это, торопясь закончить с обедом. – Ну ладно, я побежала. Мне еще один сюжет для субботней программы надо немножко подчистить… Ну, пока!
Жена ушла. А Шитов, заварив чай по-северному – прямо в кружке, открыл форточку и закурил. С чаем и с сигаретой думать было намного комфортней и приятней.
Сегодня "тормознули" его статью. Воронов даже ничего и объяснять не стал. Просто отложили статью куда-то в"загон" – и все. Значит, так надо. Кому? Ну… не важно, кому. Надо – и все. Иди, Шитов, пиши что-нибудь другое.
