Ничего толкового не смог объяснить и ответсек Локтеев, хотя и наговорил Шитову целую кучу слов. Мол, статья хорошая, прямо-таки замечательная, и обороты в ней сильные… А почему ее не ставят? А Бог его знает, почему! Локтеев пожимал плечами и улыбался Шитову своей мягкой улыбкой, удивительно напоминая при этом нашкодившую лису. Хотя, признаться, ответсек был в принципе человеком неплохим, да и писал хорошо. Но вот объяснить, почему статья не пошла, так и не смог, как ни старался.
Часов в десять к Шитову заглянул Буравчик – "стрельнуть" очередную сигарету. "Стрельнул", прикурил, спросил как бы между прочим:
– Жена у тебя все там же работает, на радио? В каком отделе?
– На радио. У нее своя программа. А что такое?
– Да просто…
– Там тебе какой-то материал принесли. Тебя не было, так завернули ко мне. Я его у Локтеева оставил. Иди, возьми, – клюя своим крючковатым носом, сообщил Кульков.
– Спасибо, я зайду.
Откровенно говоря, статья Шитову не понравилась. Некто Отрещенков (или – Отрощенков, черт его разберешь, с таким почерком!) писал о том, что, на его взгляд, в "освещении рыбной тематики на страницах газеты есть кое-какие перегибы" (именно так и было написано: "перегибы"). Слишком много пишут о предпринимателях-рыбопромышленниках, и совсем игнорируют славный "Сахрыбпром". Шитов вспомнил, что из себя представляет сейчас этот бывший государственный монополист – и усмехнулся. Эк, куда хватил, этот Отрощенков! / А может, и Отрещенков, черт его разберет…/. Да нет уже государственных предприятий, нет! Так или иначе, частные лица этими предприятиями управляют…
– Ну вот вы, Евгений Александрович, об этом и напишите, –предложил редактор Воронов. – Но только тактично пишите, осторожно. И постарайтесь наш "Рыбпром" поддержать. Люди ведь не виноваты, что государство предложило предприятию стать акционерным обществом. А там – у кого больше акций, у кого – меньше… В этом ли все дело?
– А в чем же? – удивился Шитов. – Да ведь если пять – шесть человек имеют на руках почти все акции предприятия, значит, они им и владеют. Значит, они и есть истинные хозяева. Так причем же тогда все эти их рассуждения о несчастной судьбе сахалинских рыбаков? Вы хозяева, вы! Значит, от вас только и зависит, как ваши рыбаки будут жить и сколько получать.
– Ну, не стоит, я думаю, открывать здесь дискуссию. Главное, кадры в "Рыбпроме" остались прежние, правильно? Вот вы об этих старых кадрах и напишите!
Вернувшись домой, Шитов включил телевизор и прилег на диван. Голова не соображала совершенно. Допек его редактор со своими "старыми кадрами". Да причем здесь кадры? С головы нужно дело решать, с головы! Зайти завтра в бухгалтерию и попросить показать платежные ведомости: сколько рядовые рыбаки получают, а сколько –начальство…
– Я тебе сейчас все объясню, – сказала Ирина каким-то чужим голосом.– Я тебе все сейчас объясню!
– Ирина, что это? Почему милиционер? Что с тобою? Ответь!
Жена прижалась к Шитову и молча обняла его. И вдруг стала медленно оседать на пол…
В фирме "Кондор" Ирина просидела около часа. Директор фирмы Мешкаев прежде всего напоил ее кофе, открыл коробку дорогих конфет, угостил хорошими сигаретами.
