— Аневризма… ах, какая прелесть!.. анкилозирующий спондилит… вы только посмотрите!.. астма, ну, это, дружок мелочи… ацидоз Олбрайта, безоар, атипичная пневмония… ну и ну!.. болезнь Аддисона, Альцгеймера, Дего, Кавасаки, Лайма!.. лёгкие Паркинсон, Шагас, Эрдгейм-Честер… это пока лёгкие, пока… какой букет, какой ценный кадр!… ах, ох… васкулит, ай, ветрянка, эх, врождённый порок сердца… тут мы коллеги, что уж… грибковая пневмония, губчатый энцефалит, диабет, зеркальный синдром… ах и ой, ой и ах!… дисфункция гипоталамуса… батюшки мои!..
От этого перечисления Кристиану стало даже неловко, будь у него действительно все эти болячки, он бы помер ещё на пороге кабинета Могучего Сэма. Но огромного, гориллообразного директора ничего не смутило, даже наоборот, глаза его засверкали, а рот растянулся в добродушной улыбке.
— Надеюсь, родственники вас уже похоронили? Ха-ха, шучу. Мило, правда? Как вы до кабинета дошли и не заблудились со своим Альцгеймером? А кстати где он? Проводил и теперь ждёт вас снаружи? Вышел покурить с другом Паркинсоном? Ха-ха.
— Может быть, вы огласите условия? — спросил Кристиан, ему было не смешно.
— Ну разумеется. Условия замечательные, мы вас трудоустраиваем, а вы живёте и получаете деньги.
— Неужели? А что от меня требуется.
— Да практически ничего. Всё что смогли, вы уже сделали. — Могучий Сэм похлопал по медкнижке Чахотки Кристиана. — Так что не волнуйтесь, дорогой мой, вам же нельзя. Ха-ха. Вот здесь подпишите.
Кристиан подписал контракт, сильно тряся рукой, на всякий случай закатывая глаза и почёсываясь. И сразу же за его спиной возник ещё более здоровенный тип. Он был одет в заляпанный скафандр, а шлем держал в огромной руке.
— Пошли, — мрачно скомандовал тип.
Кристиану вдруг сделалось не по себе. Он попытался встать, но голова закружилась, и он упал со стула.
— Ну вот, — сказал Сэм, — едва не опоздали. Один дотащишь?
— А то, — отозвался тип в скафандре, — не впервой.
Придя в себя, Кристиан увидел, как ноги в скафандре перебирают уходящий вверх пол. Его несли, как девочку, на плече.
— Куда вы меня тащите?
— В шлюз.
— Зачем?
— Сам идти можешь?
Не дожидаясь ответа, его поставили на пол и направили вперёд по коридору.
— Куда мы идём?
— В шлюз, — спокойно повторил огромный тип.
— А что там?
— Там тебя сдадут в аренду Колонии Разумных Бактерий.
— Чего?! — удивился Кристиан. — Кому?!
Медведь в скафандре недовольно выдохнул и надел шлем. Из динамиков скафандра раздалось шипение.
— Что значит сдадут? Кому?! Зачем я им?
— Вот блин, — нехотя начал скафандр, — они же, мать их, Разумные Бактерии. Твои болячки им в кайф уничтожать. Стрелялка типа.
— Как это? — опешил Кристиан.
— Эй, Альгаймера своего выключи, да. Говорю, проходить они тебя будут, как игру. Всё, пришли.
— Стойте, подождите, — закричал Кристиан, глядя как тип в скафандре открывает первую дверь шлюза.
— Ну что ещё?
— Постойте, а мне скафандр! Нет, подождите, как же это?.. Да я вообще не болею… это липа!.. Я заплатил за справки.
— А меня не касается.
Тип провёл его в шлюз, зашёл сам, закрыл первую дверь и под шум дезинфицирующего разбрызгивателя принялся за вторую. Чахотка Кристиан пытался вырваться, дёргался в сторону двери, царапал скафандр, но служащий «ЧЭ» держал его крепко.
— Подождите, постойте, я не болен!
Вторая дверь медленно открывалась.
— А что будет, когда они меня «пройдут»?
— Выздоровеешь.
Сэм на секунду обрадовался.
— А потом? Потом я вернусь домой?
— Не пойму, контракт что ли вообще никто не читает? Ты читал контракт?
— Нет…
— Тебя перезапустят — восстановят по медкнижке все болезни…
Тип затолкнул его в большое, сырое и вонючее помещение, где с высокого потолка исполинской люстрой свисала Колония Разумных Бактерий, пол был залит чем-то липким, а вдоль стен сидели, лежали, едва шевелились люди, плотно покрытые пушистой разноцветной плесенью.
— И тогда вернут домой?
— …и начнут игру с начала, — прохрипел в закрытую дверь скафандр.
Я — приёмщик. Работаю при свете жёлтых ламп. Помещения связаны узкими коридорами. По углам грязь. Чёрная. Липкая. Стен лучше не касаться.