На земле его принялось так отчаянно штормить, что захотелось вернуться на корабль, где землю качало не так заметно. Собравшись с духом и крепче зажав в руке бутыль, неуверенным галсом он направился в деревню. Следом, держа в руке праздничный букет, поплёлся старпом.
По дороге нарядный капитанский мундир изрядно запылился, а цветов и рома стало вдвое меньше. Деревня встретила мореплавателей подозрительной тишиной.
В это время, когда солнце ещё не пытается высушить всё, что содержит влагу, а прохладный бриз выскакивает то и дело из остывших за ночь теней, любая деревня обычно уже на ногах. Однако на этот раз мутный взгляд капитана мог только бессовестно обманывать его, дорисовывая людей там, где их вовсе не было.
— Шо за чёртова сыпь? — удивился капитан и отхлебнул из сосуда. — Люди, вы где?
— Люди, — эхом икнул старпом. — Вы где, зелень подкильная?
— Чето нету, — удивился капитан.
— Нету, — подтвердил старпом.
— Будем искать.
— Будем.
— И невесту, — напомнил капитан.
— Да-а-а-а, — согласился старпом, — её в первую очередь.
Обойдя за час почти все дома, и изрядно пропотев, делегаты проклятого корабля наткнулись, наконец, на невесту. Она вальяжно сидела у одного из домов, прислонившись к стене. Она спала, звонко храпела, и от неё так оглушительно несло перегаром, что даже видавший всякое старпом не смог не отметить скрытый в будущей супруге капитана огромный потенциал. Ему она сразу понравилась.
— Нарядилась, — сообщил он, покачиваясь рядом с одетой в белое платье и покрытой фатой девушкой.
— Что-то толстовата, — сказал капитан и отхлебнул из бутылки, — как считаешь?
— Ну да, грудя конешна слабоваты.
Капитан присел рядом, приподнял фату, чтобы заглянуть в лицо и тут же отскочил, как ужаленный:
— Ептель!
— Че там?
— Да ну! Надо ещё поискать! Пойдём!
Старпом тоже присел и приподнял фату.
— О! Вот этот шишак! С голову слепого Мудсона!
— Надо ещё поискать, — капитан вытер со лба пот и огляделся.
Деревня была пустой. Искать негде. На холме стояла другая, но туда вела кривая, узкая тропинка, и ползти по ней было сейчас последним в списке желаний капитана.
— Ладно, возьмём эту. Тряпку с лица не будем снимать и всё. Так же вроде женщина солидная, большая. Любви на всех хватит. Гы. А то, что набралась, так ведь свадьба. Перенервничала, мамзель, с кем не бывает?
— Что верно, то верно, — согласился старпом, — я за ноги, вы, кэп, за руки, взяли.
— А ну от ног! Знай очередь.
7.
Команда отлично подготовила торжественную церемонию. Невеста, однако, вызвала определённое недоумение и была встречена в тишине. Тем не менее, присутствие женщины, пусть даже толстой, мертвецки пьяной и с прожигающей фату пунцовой шишкой, оживило веселье и подогрело интерес.
Невеста между тем продолжала пить, так и не приходя в сознание. Стоило ей начать шевелиться и издавать звуки, как очередной стакан рома выливался ей прямо в рот.
К закату команда уже едва стояла на ногах, капитан храпел на белом платье своей супруги, а старпом предавался разнузданному танцу, движения которого придумывал на ходу.
Один из матросов, подобрался ближе к невесте и, делая вид, что хочет предложить ей вина, нагло запустил руки под платье. Грудь оказалась на удивление небольшой, но возбуждающе мягкой. Постепенно он спускался всё ниже, пока не дошёл до самого сокровенного. Едва сдерживая охватившее весь организм волнение, матрос пробрался рукой под нижнее бельё и сделал финальный рывок навстречу самой интимной части женского тела.
Однако ожидаемого он там не обнаружил. Взвигнув, он выдернул руку из белых одежд невесты, отхлебнул из ближайшей бутылки и запустил руку в прежнее место, чтобы удостовериться в находке.
— Якорь мне в глотку, это не баба! — сообщил матрос своему другу через несколько минут.
— Да ты рехнулся? Быть не может!
— Иди проверь!
Очнувшись, капитан застал удивительную картину. Никто не веселился, никто не танцевал и не пел. Вся команда стояла угрюмой толпой на подступах к его невесте, а Куль, который был ближе всего к ней, рукой производил подробнейшее изучение достоинств капитанской супруги. На глазах у остальной команды.
Стигс достал пистолет. Выстрел пробил в герое огромную дырку. Куль отшатнулся и удивлённо посмотрел на капитана.
— Вы что, черви гальюнные, себе позволяете? — Взревел капитан, — Я вас сейчас всех четвертую и за борт! Вы свои кости до второго пришествия собирать будете!
— Кэп, стой, — проревел шкипер и ткнул невесту в пах. — У неё там петушок!
Капитан застыл в недоумении, рядом пробудился старпом.
— Что вы, креветки тухлые, себе придумали?! Что моя невеста… эта пьяная курва — мужик?! Говёный, душу его в сраку, содомит?!
Матросы обменялись неуверенными взглядами.
— Точно. Педераст, — сказал однорукий Студень.
— Ага, — подтвердил Куль, отирая о штанину руки. — Такими яйцами можно пушки заряжать.
— Заткнулись! — рявкнул капитан так сильно, что уронил стеклянный глаз в песок.
Присев, он пошарил вокруг, нашёл, вернул облепленную крупинками стекляшку в лакуну глазницы.
— Поднимите её! Его… э-э… это.
Подождал, пока его невесту взяли подмышки и привели в вертикальное положение.