ЗИМА[ЛЕТО]. Книга 1 полностью

Она промолчала, что лучше всего свежие. А к остывшим она, скорее всего, даже не притронется. Была у нее такая особенность. Не любила разогретую еду, только свежеприготовленную. Причем с детства. Росла она там, где на стол всегда подавали только свежее.

И опять задумалась о плохом. Потом выкинула дурные мысли из головы и продолжила изничтожать мидии. Мужики добили свое мясо и ребра, и все засобирались по домам.

— Мы теперь куда? — спросила Ольга.

Опять хотела спросить: «К тебе или ко мне». Но не стала. Ждала, что муж скажет.

А у него это была головная боль уже вторую неделю. Подрядчик все никак не мог вовремя сдать квартиру. Покупал «стены» в элитном жилом комплексе, потому что решил делать там все под себя. Начиная с отделки и кончая сантехникой и кухней. Зимин привык, что его знают и боятся, но умудрился нарваться на строительную фирму, которая то тянула время, то требовала доплатить, то еще что-то… Но сроки сдачи неизбежно задерживались.

Короче, к бракосочетанию не успели. Квартира все еще в процессе. А та «двушка» и прочие не засвеченные хаты, где он обычно квартировался, не подходили для романтических встреч.

С другой стороны… К ней? Наверняка на квартире она встречалась со своим хахалем. Тоже нет. Мирослав отчего-то не хотел заниматься с ней сексом на той же самой постели. Знал, что мужики у нее были, знал. Но думать об этом в процессе не хотел.

— В номера! — усмехнулся он. — Пока так.

— Почему? — удивилась она.

— Ремонт, — пробурчал мужчина.

— А!

Она кивнула. Вот это повод, это она понимает. И еще понимает вдруг, что никакой у них не гостевой брак, а очень даже конкретно-реальный. Рано или поздно ремонт закончится, и встанет ребром вопрос о переезде. А она как кошка, к месту привязывается и никуда не хочет съезжать. Будет сложно договориться.

Но это все неважно, пока неважно… Сегодня есть только он и она.

И гостиничный номер.

И его руки и губы.

— Как ты хочешь? — спросила она.

Ей почему-то хотелось знать, что он любит и предпочитает. Они сидели на постели. Зимин как раз боролся со шнуровкой, но только еще сильнее затянул узел и вполголоса выругался. Ольга охнула. Скользкий шелк не порвался, но она поняла, что тут как с колтуном на волосах. Только резать! Иначе не выбраться из платья.

Сам-то он уже полураздет. Рубаха расстегнута, на груди золотые следы от ее помады. Брюки приспустил, но скинуть пока не успел. Хм… Вот достанет он выкидной ножичек, вот разрежет, и она ему потом за платье всю кровь выпьет. Знает он этих баб. Надо потом попросить горничную распутать узел.

— Как? — задумался он и на мгновение бросил сражаться с платьем.

Конкретно сейчас? Или вообще? Ну и вопросик она задала.

— Перевернись.

— Что? — удивилась Ольга.

Он, не дожидаясь согласия, запустил руку ей под живот и перевернул, так что задница, скрытая платьем, оказалась совсем рядом. Ольга только охнула и оперлась на локти, ощущая свою беспомощность и томление. Не хватало воздуха. Она часто задышала и едва сдержала стон, когда мужчина начал задирать на ней юбки.

— Вот так, — сказал он, добравшись до трусиков и спуская их вниз.

— Слав!

Она изогнулась, не понимая, нравится ей или нет, и почувствовала, как он раскрывает ее и ласкает пальцами, но сам не торопится войти. Просто пристроился сзади и обхватил ее грудь, и так сжатую шелком платья. Помедлил, продолжая ласкать и нежить, наблюдая, как женщина подается навстречу, теряя самообладание. А потом слегка нажал ей рукой на спину, заставляя прогнуться в пояснице, и вогнал свой член.

Она была — шелк, и снаружи, и внутри. Она была — золото и пламя. Он хотел т…ть ее вечно. И как же она стонала, не в силах сдержаться, при каждом его толчке! Горячая девочка.

Ольга! Его Ольга.

Она вдруг ощутила, что его движения стали чаще, пронзая до предела, и он уже не сдерживался, овладевая ею.

— Слав! О-о…

Он замедлился и навалился на нее, целуя между лопаток. Шнуровка мешала, но она поняла, что он только что сделал. Попыталась развернуться, но он прижал ее к простыням. Приподнялся, чтобы не давить, встал прямо, крепко обхватил ее за бедра и продолжил сладкую пытку.

И когда вонзился в последний раз, оба уплыли в никуда.

Потом они лежали рядом и смотрели друг на друга. Ольга погладила мужчину по лицу, коснулась губ и вдруг тихо рассмеялась.

— Как платье будем снимать?

— Позови горничную.

— Сил нет встать, — фыркнула она, подползла ближе и уткнулась ему в грудь.

Он так и не разделся до конца. Не дотерпел. Теперь или сдавать все вещи в чистку, или идти такими помятыми с утра пораньше. И все-все будут знать, чем они тут занимались. Пусть завидуют.

Ольга поцеловала Мирослава в грудь, поднялась выше и, добравшись до жестких губ, помедлила. Пусть сам, его очередь. Он посмотрел задумчиво и вернул поцелуй. Потом обнял ее и притянул к себе.

— Ладно, спим. Или как? — спросил он.

— Или как. Но позже.

Жаль было терять время, когда он рядом. Но надо немного прийти в себя.