ЗИМА[ЛЕТО]. Книга 2 полностью

Однако после того, как он узнал, что цель хорошо охраняют, сразу поднял расценки до полумиллиона. Как он выразился, «за риск». Изабелле, чтобы не просить деньги у мужа, пришлось залезть в счета благотворительного фонда и заложить бриллианты, причем в ломбарде дали какую-то смешную сумму по весу изделия и потребовали фирменные сертификаты. Надо было доказать, что гарнитур не краденый.

— Унизительно! — прошипела женщина, выходя из ювелирного магазина с пачкой денег в сумочке.

Оступилась, столкнувшись на выходе с другой покупательницей. Замешкалась, зацепившись карманом дорогого кашемирового пальто за ручку, и снова вспылила.

— Отвратительно!

Пальто треснуло по шву. Незаметно, но она-то знает… Как его теперь носить? Женщина с трудом удержалась, чтобы не расколошматить вдребезги витрину, хотя очень хотелось. Или хотя бы вернуться, накатать в книгу жалоб претензию и построить продавщиц.

Нет, нельзя. Надо «держать лицо». Что подумают люди? Что они скажут? Вдруг это просочится в прессу? Эта мысль всегда ее останавливала. Все-таки Изабелла Леткова-Падарская была публичной персоной. Любой ее шаг мог негативно отразиться на деятельности благотворительного фонда и на бизнесе мужа.

Руки мелко задрожали, когда она поправила пояс. Изабелла нервно облизнула губы, достала помаду и поправила макияж. Ей было страшно, и в то же время обуревало нездоровое возбуждение.

Наверное, точно такое же чувство испытывали зрители казни в средние века. О, это чувство… Когда знаешь, что сегодня умрешь не ты, а кто-то другой. Ощущение власти над чужой жизнью.

— Алло! Добрый день, — достав смартфон, прожурчала она в трубку. Собеседница на том конце провода ни за что бы не догадалась, что творилось в душе у Изабеллы. — Зинаида Павловна, прошу меня простить. Галерея сегодня вечером не работает. По техническими причинам. Да. Да… Сегодня точно не могу, только завтра… Хорошо, договорились.

Сегодня ей не до клиентов и постоянных покупателей. У нее встреча с киллером. Не прекращая разговор, женщина пошла к машине, припаркованной на обочине. Надо было отъехать, иначе оштрафуют.

Изабелла не обратила внимания, что ее уверенно вели от дома и до магазина двое мужчин в штатском.

Егор Кузин, отбившись от ментов с помощью своего адвоката, притих и ненадолго затаился.

Однако это не значило, что он отступится от первоначального плана. Ему нужен был этот игорный бизнес со спортивными тотализаторами. И еще нужна была баба Зимина, которая его унизила. Он бы поиграл с ней хорошенько и выбросил возле элитного дома на Крылатском. Пусть конкурент забирает попользованную во все дыры жену.

Или нет… Не так. Он бы долго растягивал удовольствие, а Зима ничего бы не смог доказать. Можно присылать ему по частям жену. Кудрявый локон, палец… Пока не надоест. Потом выкинуть тело где-нибудь в лесосеке, неподалеку от города, но не зарывать, чтобы труп подрали дикие собаки.

Но для начала Кузин решил избавиться от подельника. Наобещав тому помощь и поддержку, он добился, чтобы Быков замолчал. Заместитель его не сдал и на сделку со следствием не пошел.

Однако адвокат сказал, что срок с учетом рецидива грозит пожизненный. Доказательная база собрана реальная.

Это было плохо. Быков может психануть и сорваться, узнав, что ему грозит. Надо было заставить его замолчать навсегда.

Через два дня после того, как Кузин вышел на свободу, в камере с Быковым произошел несчастный случай. Он неудачно упал со шконки и сломал шею, так и не сдав подельников.

Антон Попов, узнав последние криминальные новости, сразу же помчался к Зимину в клуб «Колоссиус».

— Слыхал, Быка прямо в камере порешили? — осведомился он, закрыв за собой дверь в кабинет директора.

Мирослав поднял глаза от документов.

— Кузя? — спросил он.

— Кто же еще? Кроме него некому, — ответил Поп, присаживаясь рядом за большой стол для собраний. — Жрать охота. Пойдем, побалакаем. Базиль что еще скажет…

— Беспредел конкретный.

Обедали в «Фаэтоне» на Никитской.

Роскошно, помпезно, «бомбезно», как выразился Поп, впервые ступив за порог заведения. Все в коврах и позолоте. Деревянная мебель. Длинные столы как минимум на шестерых — меньше нет. Но днем из посетителей почти никого. Время завтрака миновало, обеда — еще не наступило.

Пока Зимин с Поповым ожидали прибытия Базилевского, успели сделать заказ. Мирослав, припоминая разнообразные армянские разносолы «тещи», выбрал в меню то же самое — лепешки из тандыра, рассольные сыры и люля кебаб.

— Да уж, — крякнул Поп, который тут раньше не бывал, увидев огромное блюдо с едой. — Это вам не «Гавана», — имея в виду ресторан, в котором раньше чаще всего проходили криминальные сходки.

— Не напоминай, — буркнул Зимин, вспомнив, как траванулся там однажды в конце девяностых.

Вскоре подъехал Базиль в компании Пятипалых. Зимин заулыбался с того конца зала и махнул рукой: мол, присоединяйтесь.

— День добрый, — встал он, когда криминальный авторитет приблизился.