Зимняя ведьма полностью

Я выполняю его просьбу, на мгновение застыв перед окном, наблюдая, как к стеклу прилипает снежинка, совсем свежая и удивительно сложной формы, с острыми краями, как будто сделанная из сахара. Она зависает на нем на пару мгновений, такая прекрасная и совершенная. А потом начинает расплываться, теряя четкость контуров, после чего поверх нее ложится еще одна снежинка. И еще одна. И еще. Я опускаю ставни и тяжелую металлическую защелку, которая закрепляет их. И сажусь на стул напротив кресла Кая. Брэйкен ложится так близко к камину, как только может. Кай видит, что я до сих пор сжимаю в руке книгу.

– Что у тебя там? О, «Остров сокровищ», прекрасная книга, – заметив мою реакцию, он продолжает: – Когда я был ребенком, то часто ее читал. Но мне она казалась очень страшной.

Он слабо улыбается. Смотрит, как я глажу постаревшую обложку.

– Эти книги принадлежали твоему отцу, не так ли?

Я киваю.

– Они, должно быть, тебе очень дороги. Наверное, тебе нравится их читать.

Я смотрю в сторону, отвернувшись от яркого огня в камине, не в силах глядеть на Кая. Я пытаюсь сохранить безразличное, непроницаемое выражение лица, но он знает меня слишком хорошо.

– Моргана, что случилось? – спрашивает Кай, наклонившись вперед в своем кресле, отчего ему приходится сделать вдох. Я не могу не смотреть на него, и так я выдаю смертельную печаль.

– Дорогая, прости, я не хотел причинить тебе боль, говоря о твоем отце, – произносит Кай.

Я отмахиваюсь, но это его не убеждает.

– Нет, я тебя расстроил. Я был легкомысленным, – говорит он. – Ты ведь просто не хочешь читать эту книгу, потому что она напоминает о папе? Правильно?

Я качаю головой. И понимаю, что я хочу, чтобы Кай понял. Я хочу, чтобы он понял, что роман чувствуешь лишь наполовину, если не с кем его читать. О, как бы я хотела, чтобы Кай почитал мне! Как бы хотела вместе с ним отправиться в эти удивительные, неизведанные края, за сотни миль отсюда, прочь от опасностей и тягот этого мира. Я открываю книгу на случайной странице и показываю Каю на строчку. Я обращаю внимание на слова, проведя по ним пальцем, смотрю на мужа, а затем подношу руку к своему сердцу. Кай внимательно рассматривает книгу, и я вижу, что он хочет понять меня. Я беру свою руку и кладу ему на грудь, а затем, улыбаясь, отдаю книгу.

– Ну да, как я уже говорил, дорогая, я действительно обожаю книги. Всегда любил читать. Но что?..

Кай на мгновение замолкает, раскрыв рот, словно внезапно смог пробиться сквозь туман в своей голове. Он удивленно произносит:

– Ты хочешь, чтобы мы почитали вместе? Чтобы я читал вслух?

Его лицо тут же озаряется светом. Кай протягивает руку и гладит меня по щеке, а потом убирает с моего лба непослушную прядь.

– С превеликим удовольствием. Ты правда этого хочешь, Моргана?

Чтобы в моем ответе для него не осталось никаких сомнений, я покрываю его лицо поцелуями, каждый из них означает искреннее «да».

Он смеется.

– Спокойно! Лучше не отвлекай меня слишком сильно, иначе я не буду в состоянии сконцентрироваться на том, что написано.

Я киваю и слезаю с его колен. Устраиваюсь у его ног на коврике, заставив Брэйкена освободить место для меня. Протянув руку вверх, я распахиваю заветную книгу на первой странице. Кай улыбается мне.

– Ты так прекрасна, моя дикарка, – говорит он.

И начинает читать. И когда он читает, я испытываю огромное количество различных чувств. Это и радость от того, что я его слышу, что могу разделить с ним эту волшебную историю, но и горе, потому что я боюсь – такой момент больше никогда не повторится. Если Изольду никто не остановит, как долго мы еще сможем наслаждаться волшебством нашей близости сколько еще нам с Каем осталось драгоценных минут вместе? Неужели придет тот день, когда все, что у меня останется, – лишь заветные воспоминания об этом единственном моменте, когда мы вместе совершили воображаемое путешествие в чужие земли и миры? Неужели у нас отнимут такое простое удовольствие? Неужели Кай не сможет больше читать? Неужели не сможет больше дышать?!

Мои глаза щиплет от подступивших слез, когда я слышу, как Кай тихим голосом перечитывает историю, что так мне знакома, но я не подаю вида, что испугана. Я кладу голову на колени и даю магии слов себя успокоить, отсекая Изольду, – все, что я могу сейчас, это не дать ей отнять у себя хотя бы такую малость. Через час мы оба чувствуем усталость. Я помогаю Каю подняться по лестнице и укладываю его в постель. Он засыпает неспокойным сном, а я лежу рядом с ним, глядя на него внимательно, не смея оторвать глаз – вдруг ему станет хуже, пока я сплю.