Зимняя ведьма полностью

С тех пор, как упали первые снежинки, прошло два дня, и снегопад не прекратился до сих пор. Кай взялся за совместное чтение с рвением, одновременно очень трогательным и в то же время душераздирающим. Я чувствую, что он, как и я, старается не спрашивать себя, как долго нам еще осталось наслаждаться этими нежными минутами в обществе друг друга. Поэтому он даже обещал научить меня писать. Я обрадовалась этому, но ненадолго. На мгновение я задумалась, каково это; представила себе, как я могла бы облечь свои мысли в слова на бумаге. Но даже за эти несколько коротких дней мужу стало совсем худо. Каждый раз, когда он тяжело дышал, когда морщился от боли, это напоминало мне, что наше будущее, все, на что мы надеялись и чего желали, перечеркнуто безжалостной магией Изольды.

Вчера бесстрашная миссис Джонс добралась сюда пешком и теперь вряд ли уйдет, разве что если погода переменится. По крайней мере, в самом доме все в порядке. Угля хватит еще надолго, и хотя пруд покрылся льдом, сам источник не замерз, так что у нас есть и вода. Благодаря миссис Джонс съестного в кладовой тоже достаточно. И все же есть кое-что, что нам бы совсем не помешало, – например, бренди, чтобы облегчить страдания Кая. У него сильно болят суставы, и только хуже от того, что он мерзнет. Миссис Джонс считает, что было бы лучше, если бы мы взяли у доктора Уильямса настойку опия. Наверняка Каю не помешало бы спать больше пары часов за ночь, и остальным от этого тоже было бы легче, потому что как можно выжить, если не спишь? К тому же Кай еще больше ослабел. Увы, фирменная снотворная настойка миссис Джонс кончилась. После долгих споров и некоторого сопротивления со стороны Кая решено, что я отправлюсь в Трегарон за лекарствами и припасами. Запрягу Принца и Ханни, на которую можно навьючить все необходимое. Куплю лекарства, а еще немного сахара, овсянки, сухофруктов и ветчины, если смогу это все найти. Кто знает, как долго еще будет идти снег? Уж лучше я попытаюсь купить как можно больше всякой всячины.

Я знаю, что миссис Джонс планирует снова обратиться к магии Гримуара. Я боюсь этого, но она убедила меня, что другого выхода нет, кроме как призвать силу, необходимую, чтобы снять с Кая проклятие и избавить всех нас от Изольды, раз и навсегда. Но сначала нужно удовлетворить его насущные потребности. Нужно поддерживать его так долго, как это возможно, пока мы все не будем готовы сразиться с противником.

Я готовлюсь к капризам погоды, надев тяжелую юбку и длинное зимнее пальто, которые носила в наших с Каем перегонах. Они достаточно просторны, чтобы вместить под себя еще несколько слоев шерстяных изделий. Мне пришлось снова заглянуть в сундук с одеждой, оставшейся от Кэтрин, где я нашла подбитые мехом кожаные перчатки, которые мне хорошо подходят. Поверх сапог и штанов я натянула пару старых гамашей Кая, чтобы противостоять холоду. Перед зеркалом в спальне я смотрю на свое отражение. Одежда старая, но, по крайней мере, защитит меня от снега. Для того чтобы широкополая шляпа хорошо сидела и не упала с моей головы, волосы я распустила. Знаю, мой странный внешний вид городские вряд ли оценят, но на самом деле их мнение меня мало волнует. Никто из них не предложил свою помощь, хотя они знают, что Каю нездоровится. Значит, их устраивает, что скотом управляю я. Уже не в первый раз я благодарю Всевышнего, что послал мне миссис Джонс, потому что мне не хотелось бы оставлять Кая одного на столь длительное время. Заметив меня на кухне, Кай не может сдержать улыбку. Он садится прямее в кресле, и покрывало, которое он наконец-то согласился набросить на колени, падает с них. Я поднимаю его и снова плотно оборачиваю вокруг ног мужа.

– Не обращай на меня внимания, – говорит Кай. – А лучше поспеши. Пока не стемнело. Ты же не хочешь оказаться посреди этой бури, когда зайдет солнце.

Он нежно улыбается.

– Не думал снова увидеть мою маленькую погонщицу в этом сезоне.

Но попытка пошутить не удалась. Кай замечает свой подарок – ложку – у меня на шее.

– Береги себя, моя дикарка. Будь благосклонна к природе, даже если она того не заслуживает.

Я улыбаюсь ему и целую в горячую щеку, а потом спешу к дверям.

В коридоре меня встречает миссис Джонс и обвязывает мою шею шарфом из тонкой овечьей шерсти.

– Что ж, доченька, – говорит она, – береги себя. Ох, не та погодка нынче, чтобы такая красавица на улицу выходила. Знаю, знаю.

Она поднимает вверх руку, как будто я собираюсь что-то сказать, и она пытается меня остановить.

– Твоему мужу сейчас пригодится все, что доктор Уильямс сможет дать.

Она заканчивает узел на шарфе, недовольно приговаривая, когда я достаю из-под него свои волосы, чтобы они спадали на плечи. Миссис Джонс смотрит на меня серьезно, и теперь я вижу в ее добрых карих глазах неподдельное беспокойство.

– Смотри в оба, Моргана. Не сомневаюсь, что ты и никогда не спотыкающийся Принц с погодой справитесь, но этой зимой в Трегароне есть кое-что и поопаснее.

Она делает паузу, ища правильные слова.