— Напомни, чтобы я послал твоей маме цветы.
— Брун, я серьезно! — возмутилась Эльза. — Я не хочу быть обузой для тебя.
— Пару литров томатного сока мой бюджет выдержит, — отмахнулся он. — К тому же половина гонорара за дело Дробовицкого по праву твоя.
— Правда? — она вздохнула. — Мне так неловко.
— Ты на меня работаешь, забыла? Я даже могу выписать тебе премию.
— В чем подвох?
— Если станешь будить меня голой, — продолжил Брун, и Эльза замахнулась на него блокнотом. — Или в том кружевном лифчике.
Эльза укоризненно на него посмотрела.
— Есть и хорошая новость.
— Еще лучше, чем то, что я отмазался от струнного квартета? Да сегодня просто праздник какой-то!
— В блокноте Дробовицкого я нашла информацию о кольце. Вроде как оно действительно принадлежало Бальтазару — это одно из имен первого вампира. Дробовицкого неплохо так на нем торкнуло. Он пытался разузнать о вампирах все, а ведь это не так-то просто. Само существование вампиров, оборотней и прочих особых призналось чуть больше ста лет назад. Сейчас сложно отделить легенды и сказки от реальных событий. В мифах часто упоминаются полулюди-полузвери, есть изображения богов с головами животных…
— Ну, мы, конечно, не боги, но классные ребята…
— Практически у каждого народа есть страшилки о кровожадной нечисти. Но знаешь, что еще?
— М-м-м? — Брун допил кофе и посмотрел на Эльзу, которая раскрыла черный блокнотик и увлеченно перелистывала страницы. Она завязала хвост на затылке, но одна прядка выбилась из прически и лежала мягким завитком вдоль шеи.
— На последних страницах блокнота есть список сайтов, откуда, по-видимому, Дробовицкий брал информацию, — она подняла глаза на Бруна. — И все они закрыты. Сервер не найден — каждый раз одно и то же.
— Может, владельцы не оплатили хостинг, — предположил Брун. — Или Дробовицкий неправильно адрес записал.
— Все пятнадцать ссылок? Я попыталась сама разузнать побольше об этом Бальтазаре — ничего. Как будто кто-то подчистил всю информацию.
— Ладно. Может, Айседоре это и не нужно. Она ведь вампиров не любит.
Эльза помрачнела, и Брун добавил:
— Она никого не любит, кроме себя.
Клиф уже ждал их в кафе, когда они туда вошли. Приветственно взмахнул рукой, радостно оскалился.
— Брун, прекрасная Эльза, вы сегодня рано.
— Да, что-то не спалось, — ответил Брун, пожимая ему руку.
Эльза ускользнула от жарких объятий гиены, сев на диван рядом с Бруном.
— Есть новости про охотников? — спросил Брун.
— Ничего, — ответил Клиф. — И это хорошо, правда? Может, эта зима будет спокойной. В конце концов, политики постоянно продвигают идеи толерантности и всеобщего равенства. Вон даже в правительстве теперь есть оборотень.
— Да он придурок, — пренебрежительно ответил Брун, подзывая официантку. — Мне как обычно и кусок пирога. И еще стакан томатного сока. Знаешь, два куска пирога. Хоть попробуешь, — повернулся он к Эльзе.
— Он не придурок, — возмутился Клиф и подмигнул официантке, а может и не ей — глаз смотрел куда-то на картины. — Он сумел продвинуть закон «Око за око».
— Это еще что? — заинтересовалась Эльза.
— Это апогей людской надежды, что оборотни сами себя перегрызут, — пояснил Брун. — По этому закону можно отомстить обидчику, и тебе за это ничего не будет.
— А-а, — Клиф помахал пальцем. — Три условия. Первое: месть должна быть равноценной. Второе: оба должны быть особыми. На чистых людей этот закон не распространяется. Третье: изначальный урон должен быть доказан в суде.
— А охотники точно люди? — озарило Эльзу.
— Мой так точно, — мрачно ответил Брун. — Отпечатки, найденные на месте убийства отца, человеческие. И в базе их нет. Вот оборотней всех обвешали бирками, — он раздраженно дернул желтый кругляш в ухе. — По ним можно отследить местонахождение, а если оборот совершен не в час оборотня и в пределах города, то сигнал поступает в полицию сразу же. А у людей даже не могут отпечатки взять! Так что пока от оборотня в правительстве пользы мало, — добавил он спокойнее. — До равноправия нам еще далеко.
— Лучше бы его жена баллотировалась, — поддержал Клиф. — Все знают, львицы куда активнее львов.
— А я его помню, — оживилась Эльза. — Видела по телевизору. У него шикарная прическа!
Брун глянул на нее и вздохнул.
— Что-нибудь интересное произошло за эти дни? — спросил он.
— А как же, — кивнул гиена. — Сгорела церковь второго пришествия в деревеньке в десяти километрах на запад. А ведь совсем недавно полыхнула одна в столице.
— Еще пиромана не хватало.
— Да и пусть себе горят, — буркнула Эльза.
— Девушка любит погорячее, — сказал Клиф. — Как интересно. Как складываются ваши рабочие отношения? — спросил он. — Эльза, если этот грубый медведь тебя достанет, ты всегда можешь устроиться ко мне. Секретарем, личным помощником, массажисткой…
— Что-нибудь еще? — перебил его Брун.
— Нашли тело одного из пропавших медиумов. Смерть наступила в результате потери крови. Вот только крови рядом не было. Сечешь?
— А следы укусов?
— Обнаружить не удалось. Тело… в плохом состоянии.
— Понятно, — ответил Брун и накинулся на овсянку, которую поставила перед ним официантка.
