— Ты заботишься обо мне, как будто я твой престарелый дедушка, — улыбнулся Брун.
— Ты заботишься обо мне всю зиму, — ответила Эльза, — теперь моя очередь. Гляди!
Через окошко домика, на том берегу они увидели команду мужчин в оранжевых куртках. Трое забежали в дом, еще пятеро пошли по следу. Издалека снова донесся собачий лай. Телефон ожил, завибрировал, и Брун, едва не выронив его, ответил:
— Да… Понял. Спасибо.
— Что? — Эльза вцепилась в его рукав. Брун нажал отбой.
— Это был Кшистоф. Пастыря засекла береговая охрана. Он на моторке.
Он отпил горячий чай, похлопал второй рукой рядом с собой. Эльза села, положила ему голову на плечо.
— Брун, — тихо сказала она. — Когда Кшистоф придет за мной, не пытайся ему помешать.
— Даже не проси! — возмутился он. — Я сумею с ним договориться. Мы помогли в поимке охотника! Заявление Айседоры по сравнению с этим — тьфу!
— Ты же видел, что произошло сегодня. Я совершенно потеряла контроль.
— Он истекал кровью!
— Все равно. Я больше не могу находиться рядом с людьми. Похоже, меня спасает лишь то, что их здесь нет. И еще… меня вырвало томатным соком сегодня, — призналась Эльза. — Мой организм требует крови.
Брун нахмурился, обнял ее крепче, и вдруг его лицо просветлело.
— А что, если это не из-за вампирской заразы? — предположил он. — Эльза! Вдруг ты беременна?
— Точно нет, — усмехнулась она. — После укуса у меня месячных не было ни разу. По-видимому, эти процессы приостановились. Может, и к лучшему. Иначе мне бы крышу сорвало от запаха собственной крови.
Брун вздохнул, поцеловал ее в макушку.
— А что, ты был бы не против, если бы я… — она не договорила.
— Было бы круто, — просто ответил он.
— Мы знакомы всего месяца полтора!
— С тобой месяц за год идет, — усмехнулся он и охнул от тычка под ребра.
Телефон снова завибрировал.
— Да, — ответил Брун и, посмотрев на Эльзу, показал большой палец. — Отлично, Кшистоф. Держи меня в курсе.
— Они взяли его? — воскликнула Эльза.
— Да, — Брун сунул телефон в карман. — Его поймали.
Он вытянул руку, из розовых подушечек показались звериные когти.
— И мои способности к обороту возвращаются, — Брун глотнул еще чая. — Позвоню-ка я Клифу. Пусть первым напишет о поимке охотника. Может, сгодится за сенсацию…
Спустившись с дерева, Брун отправился к Марушу, а Эльза, засыпав снегом грязное пятно сока у крыльца, пошла в дом. Она развела огонь в камине, проведя рукой по клавишам фортепиано, сыграла минорное арпеджио. Подойдя к окну, всмотрелась в даль. Люди в оранжевых куртках напоминали ярких птичек, темная фигура Бруна возвышалась над ними на голову.
Открыв кухонный шкафчик, Эльза вынула банку с томатным супом. Вылив в тарелку густую красную жидкость, щедро ее посолила. Старенькая микроволновка пикнула через минуту, и Эльза, аккуратно вынув тарелку, уселась за стол. Она зачерпнула суп ложкой и, глубоко вздохнув, принялась есть. Она делала паузы перед каждым глотком, но в итоге осилила почти всю тарелку. Ополоснув ее под краном, устроилась в кресле с книжкой. Тошнота накатывала волнами, подступая к горлу, и Эльза, задумавшись, осторожно положила ладонь на живот, прислушалась… Стиснув зубы, она со злостью швырнула книжку в огонь, искры высыпали волной, ковер задымился. Эльза, ахнув, бросилась к камину, затоптала маленькие язычки пламени на полу.
— Все в порядке? — спросил Брун, распахнув дверь.
— Да… Искры полетели, — пробормотала Эльза.
— Ты топишь дом книжками? — заметил он обугливающийся корешок.
— Она была неинтересная, — улыбнулась она через силу. — Ну, что там?
— Маруша решили не будить. У него в доме теперь трое зайцев-охранников, их прислали из центра спячки. Будут стеречь его сон. Все улики собраны, отпечатки сняты. Пастырю не отвертеться. Его уже доставили в город, Кшистоф занимается им лично.
— Прекрасно, — одобрила Эльза и, подойдя к Бруну, обняла его. — Как ты себя чувствуешь?
— Кости ломит, — признался Брун. — И во рту такой привкус мерзкий. Сделаешь мне кофе?
— Сейчас, — кивнула Эльза, направляясь на кухню. — И кашу?
— Омлет, — быстро попросил он.
— Ладно, — улыбнувшись, согласилась она. — А потом — постельный режим.
— Да, доктор, — улыбнулся Брун. Он догнал ее, сгреб в охапку. — Давай не будем вылезать из постели до самой весны.
— А потом?
— Потом сходим погулять — на острове очень красиво весной: все цветет, птички поют — и снова вернемся в спальню. Я решил, что надо удвоить усилия.
Он запустил руки под ее кофту, поцеловал шею.
— Брун, ты колешься! — засмеялась Эльза, уворачиваясь и взбивая яйца с молоком.
— С утра было не до бритья, — ответил он, целуя ее снова и снова. — Эльза, спасибо тебе.
— За что? Омлет еще не готов! — она щедро его посолила, вылила на сковороду.
— За все. За то, какая ты. Такая маленькая и такая храбрая.
— Концентрированная, — улыбнулась она, помешивая омлет. — А давай сходим в поход!
— Сегодня? — удивился Брун.
— Нет, как-нибудь потом, до весны…
