Мимолетный приступ паники захватил разум Сивара, сожрав несколько мгновений. Мысли метались, пытаясь найти выход. Киллиан дернулся. Тело не подчинялось — жгуты стянули и его. Ампула «Коктейля» почти сама распалась во рту, словно только и ожидая подходящего момента. Обжигающая волна зародилась во рту и пробежала по всему прижатому к креслу организму. «Шанс» мог спасти, мог подарить возможность превысить пределы человеческого тела, активировав скрытые резервы. «Шанс» мог убить… Киллиан почувствовал силу, наполнившую каждую клеточку его тела. Почувствовал огонь жизненной силы, разгоравшийся сейчас ярче обычного. Огонь, способный за несколько часов сжечь все внутренние ресурсы человека, отведенные на годы жизни. Новая попытка освободиться оказалась безуспешной. «Коктейль» давал шанс, но не делал сверхчеловеком…
Кор, он, Галлер вновь начал кривиться. После секундной задержки несуразная, вымученная улыбка все же появилась на его лице. Секунду поколдовав над своим браслетом, он прильнул к успокоившемуся телу Райберга.
— Простите, господин, мне придется немного вас потревожить, — джанкер не спеша, будто даже нежно провел по груди Райберга, — возможно, нам стоило попытаться договориться, но сомневаюсь, что предложенная мною цена, вас бы устроила.
Молния на физиокомбинезоне разъехалась, и чужой отпрянул, загораживая глаза верхними конечностями. Наблюдая за странными манипуляциями Галлера, Киллиан не успел заметить, когда в воздухе рядом с Эпосом появился небольшой диск, наподобие тех что создавали рекламных зазывал в «Секторе Прима». Джанкер продолжал выдавливать из себя зловещую улыбку. Он провел ладонью по груди Эпоса и отдал команду диску — помощнику. Нити манипуляторов, крохотными лианами выскочившие из чрева робота, стали новой эволюционной вехой изменений диска. На конце одного из манипуляторов вспыхнул крохотный лазерный луч.
— Как я уже говорил, не думаю, что нам удалось бы с вами договориться, господин Райберг. Вряд ли вы раскроете мне технологию легендарного психо — узора на вашей коже. Менталы хорошо постарались — искуснейшая работа. Аппарат, наносящий узор, сейчас не на вас, но, думаю, и образец технологии будет полезен. Вам придется поделиться со мной этим чудом. Совсем немного. Даже если нам не удастся раскрыть секрет менталов, это будет очень увлекательно… — Руки джанкера ходили ходуном, то скрещиваясь за спиной, то сплетаясь в узел. Чужой будто бы был возбужден. Манипуляторы диска филигранно рассекли физиокомбинезон и куртку Эпоса, оставив того почти голым.
Киллиан краем глаза мог видеть силуэт Райберга, над которым будто витало полупрозрачное марево. Он уже наблюдал этот странный эффект на борту дредноута. Тогда неведомая технология, растекшаяся по телу Фобоса, заставляла кордов и их охранные системы промахиваться. Сейчас же вся сила ее воздействия ограничивалась тем, что Галлер не смотрел на работу диска — экзекутора. Киллиан не сразу осознал, какой из его органов чувств первым забил тревогу: нос или уши. Почти одновременно до него долетели вопль Эпоса, таки вырвавшийся из — под черного жгута, и запах жженой плоти. Диск с помощью миниатюрного лазера принялся срезать с человека кожу. Первой пострадала рука. Крик Айзека аккомпанировал синтезированному голосу джанкера:
— Вы, господин Райберг, немного неуважительно перебили меня. Так вот, позвольте перебить и вас, — словно наслаждаясь болью человека, Кор, он, Галлер принялся ходить вдоль гигантского окна из псевдоалмаза, — Что — что говорите? Не держите на меня зла? Ну и славно. Так на чем вы меня остановили? Ах да: правда.
Жутковатая улыбка на морде джанкера сменилась еще более странной гримасой.
— Мерзость эта ваша правда. И вы представляете, целая раса была ее рабами. Рабы правды. Мы забыли, вычеркнули из своего обихода такое необходимое и такое сладкое понятие как ложь. Целая планета кретинов, которые ничего не таили. Эволюция — моральная, не физическая — пошла в нашем доме по неверной дороге и заставила нас потерять рассудок. Заставила отказаться от лжи. И как же был велик дар человечества, как же было грандиозно ваше подношение, когда вы напомнили нам о ней.
Джанкер на секунду остановился, и Киллиан смог расслышать шипение, с которым лазер жег плоть Эпоса. Айзек все никак не желал терять сознание. Его крики утихли, сменившись сдавленным стоном.
