Следующей парой стояла магическая практика. Преподавала профессор Лура, бойкая женщина тридцати с лишним лет. У неё были коротко стриженные волосы у висков, и она всегда зачесывала их так, чтобы непременно было видно. На шее красовалась руна «сирень» и никто не знал, её предназначения. Сестра всегда была от неё в восторге, у меня она вызывала лишь уважение, ну и практика никогда не превращалась в занудство.
Про преподавателя ходило много слухов. Обсуждали все: оттого, что её бросил жених, и она назло ему остригла волосы и сменила имидж, до самых нелепых предположений насчет того, что она из ордена последних девственниц-воительниц. От сестры я знала, что она работала в оперативной группе, в одном из департаментов и не всегда умела держать язык за зубами. После стычки с кем-то высокопоставленным её заперли в Розарде Белом, и теперь она вынуждена, в свою очередь, терпеть неучей. Она здесь лет на пять, а, может, и больше. Вот такая история.
— Знаю, вам не терпится намять друг другу бока, — размашистым шагом Лура разрезала зал для практики пополам. — Но сейчас два часа вы сосредоточитесь на другом. Хорошо?
Кивнули все, даже те, кто будет смирно стоять на трибунах.
— Хорошо, ребята, люблю, когда мы с вами понимаем друг друга.
Занятие состояло из того, что мы оттачивали приемы на дуэлянтах. При этом предварительно поделившись на искаженные стихии. Если драконов учили шестерками, то на факультете темных искажений, когда нужно было разделить студентов по «схожим» способностям, то нас относили к изначальным стихиям.
Риары происходили из рода магов воды. По красивой легенде и фамильным преданиям наша вода вобрала в себя силу глубин тьмы и, преисполнившись её, стала льдом. Измененной воды на пятом курсе Темных искажений было ещё два человека, поэтому наша тренировка выходила интенсивнее, чем у других. Льдом управляла только я, Саре Джонас досталась сила следующего характера — она могла создавать водных питомцев, которые сейчас атаковали дуэлянта, и накладывать чары «дыхания под водой» на других, но никак не на себя. Роб Мунк замыкал нашу тройку, его вода, питая семена растений, которые он носил с собой везде и всегда, за пару секунду заставляла прорости их. Сила пугающая, но у Мунка она вышла слегка бракованной. В основном у него получались милые мандрагоры, которые грозно ругались нецензурной бранью. И он писал уже не одну объяснительную на этот счет. И он, и его родители, кажется, с ним даже специально занимались дополнительно, чтобы мандрагоры перестали ругаться, но без толку. Сам Роб мог только краснеть и смущаться каждый раз.
Вот и в этот раз класс оказался парализован, потому что два желтых пузатых корнеплода забегали вокруг дуэлянта и выкрикивали в его адрес такие словосочетания, что Роб покрылся пятнами. Затем мандрагоры стали бегать за водяными собаками Сары, и эта шумная братия сбила с ног наших искаженных огневиков, которых на факультете было подавляющее большинство.
Брань стояла со всех сторон и непонятно, кто возмущался больше: мандрагоры или студенты. Профессор Лура предпочла угомонить всех сразу, послав на уровне наших глаз такую яркую вспышку, что все тут же зажмурились и спрятали лицо руками, пытаясь прикрыть глаза от света.
— Успокоились? — уточнила она, и только после этого разрешила продолжить упражнение. — Искажения воды, ещё три подхода сверху! А тем, кто веселился больше всего — четыре, да Искажения воздуха?
У Сары размазалась тушь на нижнем веке от слез, которые выступили после световой атаки. И она, коротко извинившись, вышла в уборную, удачно избежав наказания. Её примеру последовали ещё две ученицы, у которых лица выглядели действительно так себе. Робу оставалось только в очередной раз извиниться за свои «семена» и сильнее покрыться пятнами, а он и без того уже походил на помидор. Девчонки его явно ненавидели, а парни могли задать взбучку. Мало кто любит, когда его выставляют дураком.
— Извини, — он шепнул одними губами, глядя на меня в упор.
Я пожала плечами и указала рукой на дуэлянта. В целом бездельничать нам всё равно не дали бы, так какая разница.
— Мунк, я хочу, чтобы вы остались после занятий, — вмешалась Лура.
Невнятные смешки, по которым стало понятно, что класс предположил, что парня ждет наказание, но профессор обвила грозным взглядом присутствующих, и все тут же вернулись к практике, оставив едкие комментарии при себе.
— Кажется, я встрял, — прошептал Роб, приближаясь к учебному снаряду. Он растерянно сунул пальцы в свой мешочек с семенами и начал в нём рыться. — Отец меня убьет, если будет очередная объяснительная, он и так всё время повторяет, что я бесполезный…
— Дело не в том какую магию вы способны творить, студент Мунк, а то, как вы её используете.
