Тельг обвел взглядом присутствующих старейшин и молча наблюдающего за происходящим главу ордена, не вмешивающегося в их разговор. Поскольку Шиан был к тому же родным братом Шена, Тельг решил, что вмешивать его в их «коллективное извинение» нет необходимости: братья сами все между собой обсудят. Но оставался еще один молчаливый старейшина.
– Старейшина Муан, а что же вы? Вы поддерживаете наше коллективное извинение? Или уже выразили его старейшине Шену?
Раньше подобный вопрос не пришел бы в голову Тельгу Веану, однако он не мог не заметить (да даже на сегодняшнем «сражении заклинательниц»), что в последнее время Муан Гай общается с Шеном куда доброжелательнее. Трудно было поверить в это, учитывая их многолетнюю непримиримую вражду, но глаза видели то, что разум не принимал.
Муан не услышал вопроса, какое-то время назад уйдя в свои мысли.
Черт побери. Он ведь в самом деле не извинился. И даже тогда, когда просил прощения перед крыльцом Шуэра, – разве Шен принял его? Он всего лишь сказал обдумать позже, но так и не вернулся к этой теме. Муан почувствовал себя человеком, который постоянно что-то упускает, зациклившись на собственных эмоциях. Он несколько раз упрекал Шена в эгоизме из-за того, что тот постоянно забывает об их связи и, принимая решения, вовсе о нем не думает. Но вместе с тем Шен раз за разом принимал любые его поступки, не требуя оправданий и извинений. Он каждый раз старался сглаживать углы, в то время как Муан все только обострял. Шен ни разу не принял его извинений. Потому что Муан никогда не довел свои извинения до конца.
Он думал, что это прозвучало как извинение. Но услышал ли Шен хоть что-то отдаленно похожее?
Муан был уверен: Шен никогда и не ждал от него никаких извинений. Впрочем, как не ждал и ни от кого другого. Но Муан не хотел вставать в ряд со всеми остальными, кто разочаровал его.
– Я извинюсь прямо сейчас, – уверенно произнес Муан.
– Эй, постойте, разве мы не решили делать это вместе? – запротестовал Тельг, но старейшина пика Славы уже вылетел из зала собраний.
Ми Деми проводила его потрясенным взглядом. Админ был в смятении. Какого Демнамеласа здесь происходит?! Как Шену удалось изменить о себе мнение каждого в этом зале?!
Шен лежал на диванчике в «комнате для чаепитий» и крутил в руках пиалу, рассматривая карпов на ее дне. Это была та самая пиала, которую он забрал из дома Шуэра. Теперь он сожалел, что не догадался попросить две.
От мыслей его отвлекла вернувшаяся Волчара. Несмотря на то что Шен не мог в открытую взаимодействовать со своей внучатой племянницей, благодаря духу он нашел выход: они с Риту писали друг другу письма.
Началось все с того, что привязавшаяся к девушке Волчара захотела навестить ее, и это тут же натолкнуло Шена на мысль, как можно использовать подвернувшуюся возможность. Он написал несколько строк, где интересовался, как Риту устроилась и как себя чувствует, и передал с Волчарой. Та, обернувшись своей миниатюрной формой, незаметно пробралась к девушке и осталась на несколько часов, развлекая и подбадривая. Риту написала за это время длинный обстоятельный ответ, включающий несколько вопросов к дедушке Шену. Так и началась их переписка.
Шен с радостью забрал у Волчары скрученные листы, а та запрыгнула на диван и устроилась поверх его ног. Старейшина пика Черного лотоса принялся за чтение, поглаживая ее за ушком.
Риту писала, что ей нравятся занятия, несмотря на то какие они изматывающие. После недели тренировок она стала чувствовать себя лучше и уже не так устает. Девушка также рассказывала, что их знакомят с основами разнообразных заклинательских практик и ей приглянулось искусство заклинания вещей, создающее из обычных предметов артефакты. Помимо того, ее привлекла алхимия, изучавшаяся в ордене для ознакомления.
Шен тут же принялся представлять, как в будущем Риту штурмует черный замок в поисках редких артефактов, которых немало в его закромах. Хм, а ведь это прекрасная возможность наконец узнать, что некоторые из них собой представляют. Правда, ждать, пока уровень знаний Риту станет достаточен для подобного хобби, придется как минимум несколько лет… За это время он лучше найдет самоучитель «Артефактика для чайников» и сам со всем разберется. В принципе, у него уже кое-что получалось, но ко многим проклятым предметам он близко подходить небезосновательно опасался.
Его размышления прервал стук в главные двери, эхом разнесшийся по пустым коридорам. Не привыкший к гостям Шен резко подскочил на диване, а Волчара навострила уши. Шен переглянулся с ней. Волчара прислушалась, а затем вновь вернула голову на диван, похоже, не сочтя гостя снаружи стоящим особого внимания.
Шен поднялся и пошел открывать двери. Конечно, там не было заперто, и все же мало кто решался зайти внутрь без дозволения хозяина Проклятого пика.
Отворив тяжелую створку, он увидел стоящего в свете красных лучей заходящего солнца Муана. Его волосы казались пеплом, объятым пламенем, выражение лица было странным. Прислушавшись к его эмоциям, потянувшись к их связи, Шен почувствовал волнение.
