Расставшись вчерашним вечером, с учеником он еще не виделся, а сегодня передал послание через фей и несколько опешил, увидев яркий кровоподтек на его щеке.
– Ал… – начал Шен, но вовремя оборвал себя, сообразив, что это, должно быть, последствие битвы с Муаном и вряд ли ученика порадует, если Шен сфокусирует на этом внимание в присутствии того самого человека, который нанес ему рану. – Проходи, садись.
– Учитель! – Ал оторопело замер на пороге. – Что произошло с вашими волосами?
Ал вперился в него немигающим взглядом, золотой огонь в глазах отчего-то разгорался.
Шен машинально дотронулся до прядки. Ему стало неуютно под этим странным пристальным взглядом, и он быстро пояснил:
– Я их обрезал.
– Сами… обрезали? – процедил парень.
– Конечно, сам, разве кто-то еще мог сделать вот так?
Ал одарил его еще одним долгим взглядом и только сейчас заметил присутствие старейшины пика Славы в комнате.
«Зачем ты позвал его?» – недовольно спросил Муан.
– Надеюсь, вы понимаете, что страна фейри все же не самое благожелательное к заклинателям место и нам нужно согласовать действия, чтобы поскорее со всем разобраться и вернуться в орден, – произнес Шен.
Муан хотел придать своему лицу непроницаемое выражение, но вместо этого удалось только надуть щеки – в шестнадцать лет его мимика была очень выразительной. Ал присел за столик напротив, глядя на подростка – прославленного мечника с неприкрытой враждебностью.
– Ты у меня еще получишь, малец, – с вызовом произнес Муан. – Вот только выберемся от фейри – простым наказанием не отделаешься.
Ал нагло фыркнул, словно с ним разговаривал не старейшина, а простой ученик пика Таящегося ветра. Воспринимать Муана таким образом оказалось неожиданно приятно – хоть какая-то польза от этой «равной» битвы.
Шен заметил это противостояние и ощутил себя воспитателем ясельной группы. Два подростка играли в гляделки, с вызовом уставившись в глаза друг другу. Внешне Муан казался поменьше Ала, более щуплым, но в надменном выражении лица давал ученику старейшины пика Черного лотоса сто очков форы. Ал, может, и хотел бы смотреть с тем же высокомерием, но получалось больше зло, нежели вызывающе.
«Хватит! – не выдержал Шен. – Муан, у тебя мозг тоже помолодел?»
Мечник нехотя отвел взгляд и досадливо фыркнул.
– Итак, что мы имеем… – Шен занял место во главе стола, словно арбитр. – Ал сегодня закончит разбираться с зимним садом, из-за которого ему не дают покинуть страну фейри. А старейшин Муана и Тельга ждет повторное судебное разбирательство.
– Судебное разбирательство? – удивленно переспросил Ал.
– Да, каждый развлекается в меру своей распущенности.
«Ты уже придумал план?» – снова мысленно спросил Муан.
– У меня есть план, однако я не уверен, что все пройдет гладко. На всякий случай к этому времени ты, Ал, должен закончить с садом и ждать у дверей судебного зала, если вдруг нам все-таки придется бежать.
– А это возможно? Зимний король на своей территории непобедим, – с сомнением заметил ученик.
– Я помню. Но есть вероятность, что зимний король не станет нас преследовать, а вот другие фейри – запросто. И чтобы не обострять конфликт, лучше вовремя удалиться. Так что, управишься до полудня или тебе понадобится помощь?
– Я легко управлюсь к этому времени, учитель.
– Отлично, тогда не медли. Старейшина Муан…
– Для меня у тебя тоже есть задание? – заинтересовался тот.
«Ага, вырасти».
Муан поджал губы.
– Как связаться с той фейри, которая помогла тебе устроить «равное» сражение? – последние слова Муана просто сочились ядом, когда он обратился к Алу.
Ал с трудом сохранял спокойствие.
– Не знаю, она сама появилась, – буркнул он.
Конечно, он не забыл, что фея говорила ему об условиях: любой может вызвать арену равного сражения. Однако Алу казалось, что Муану знать об этом вовсе не обязательно. Ученик и так сгорал от злости и стыда, что не справился даже с уменьшенной версией прославленного мечника. В сражениях на мечах тот все еще оставался одним из лучших. Вот если бы он выбрал что-нибудь, где нужна сила духовной энергии, – Ал победил бы играючи! Но «честная» битва позволила выбирать оружие тому, кто был вызван на бой. Единственной компенсацией за свое унижение для Ала стало лицезрение мелкого подростка и осознание, что сам он в свои шестнадцать выглядит куда мощнее. То, что всего полгода назад Ал походил на заморыша, но смог так кардинально перемениться, наполняло его заслуженной гордостью. В какой-то мере вид Муана даже мотивировал: если уж человек, выглядящий ВОТ ТАК в своем подростковом возрасте, смог трансформироваться в сильнейшего воина, то и у Ала определенно все получится.
– Хватит мне голову морочить! – вспыхнул Муан.
Ал захлопал ресницами, наигранно округлив «невинные» глаза.
«Малявка бессовестная! Он точно врет!» – зло подумал Муан.
«Зачем ему это?» – удивился Шен.
«А ты не догадываешься?! Он хочет победить меня любым способом! Думаешь, это случайность, что он вчера подловил меня? Если бы не он, я бы не исчез!»
Шен немного помолчал, а затем спокойно заметил:
«Не он заставил тебя уйти из комнаты».
