– Эй, – окликнул он, когда мужчина уже с трудом мог слышать его голос. – Как называется клан, о котором ты говорил?
Мужчина продолжал идти вперед. Складывалось ощущение, что он вовсе не услышал.
– Клан Тихих цветов, – донес ветер его голос.
Шен с Рурет провели в гостях у богини Северной горы три дня. За это время она так ничего и не ответила на вопрос, с которым они обратились.
Сила под пиком Лотоса. Как добраться до нее? Как использовать?
– Шен думает, что я просто люблю эксперименты, – произнесла Рурет, когда они с Ми Лу остались наедине. – Но, хоть он отчасти прав, на самом деле у меня есть цель.
Они стояли на террасе, под ними проплывало пушистое облако, отражающее мягкий закатный свет. Небо из лазоревого стало пурпурно-золотым.
– Иногда тьму рядом с ним совсем не видно, – глядя на проплывающее облако, произнесла Рурет. – Я много раз хотела поверить, что все это в прошлом, стечение обстоятельств, тени, мой сон, но затем какая-то мелочь вновь напоминает мне о происходящем. Шен… Он хороший, но иногда пугает. Не меня! – быстро пояснила девушка, опасаясь, что собеседница может не так ее понять. – Но окружающих. Тех, кто не знает его так хорошо, как я. В последнее время я все чаще вспоминаю свой детский сон. В нем мой младший брат выглядел таким взрослым, как сейчас, но казался совсем другим. Потерянным. Словно не от мира сего. Словно был уже на стороне духов и демонов. Его кожа была ненормально бледной, а одежда багряной, словно кровь. Волосы свободно распущены и растрепаны. Он уже не казался человеком, и это пугает меня.
– Ты говорила ему о своем беспокойстве?
– Говорила. Не раз говорила. Но он не воспринимает его всерьез.
– Он уже взрослый человек и очень сильный заклинатель. Рурет, ты уверена, что тебе нужно продолжать так переживать за него?
Рурет слабо улыбнулась.
– Наверное, дело не только в этом… Просто однажды… я загадала, что признаюсь ему после того, как спасу. Во мне было столько уверенности, когда я приняла то решение, – Рурет печально вздохнула. – Но эта уверенность давно испарилась. Прошло очень много лет. Я упустила момент. Спустя столько лет как я могу сказать ему о своих чувствах? – Рурет спохватилась. – Прошу прощения, госпожа! Вам совершенно незачем знать об этом. Прошу прощения. – Она низко поклонилась. – Я разговорилась, потому что мне не с кем обсудить подобное.
Ми Лу тоскливо улыбнулась, думая о своих сотнях и сотнях лет в тюрьме холода и одиночества. Она ловила каждое ее слово. Ей совершенно не в тягость было выслушать эту девушку.
– Не нужно извиняться. Я хочу выслушать все, что ты скажешь. Для меня… Я не могу спуститься с этой горы. Мне в радость беседа с тобой.
Рурет обернулась на печать, собственноручно начерченную на полу.
– Если эта печать перемещения и в самом деле работает, я смогу навещать тебя.
Ми Лу с трудом сохранила хладнокровие. Она и подумать не могла о такой возможности, пока Рурет не предложила. Друг, который будет заходить на чай. Приходить хотя бы раз в месяц, да хотя бы раз в год – она не жадная – это… это… Этого более чем достаточно!
– Только прошу, – добавила Рурет, – расскажи мне о силе, скрытой под пиком Лотоса. Ты ведь знаешь!
Сердце, уже готовое воспарить, рухнуло в пропасть.
– Я не могу.
Если бы не ее привязанность к Шену, она бы не ставила такое невыполнимое условие. Но ее глаза горели по-особому только рядом с ним.
Когда Рурет увлеченно изучала печать перемещения, Ми Лу заговорила со стоящим в стороне Шеном:
– Твоя сестра очень любознательна.
Шен услышал предостережение в ее словах. Он склонил голову, вглядевшись в глаза Ми Лу.
– Вы суете нос куда не следует, – продолжила Вознесшаяся. – Я могла бы не отнестись к этому с пониманием.
Шен перевел взгляд на Рурет. Его поза казалась расслабленной, но Ми Лу заметила, что в любое мгновение он готов броситься на ее защиту.
– Просто пообещай мне, что не оставишь ее в трудную минуту, – выдохнув, Ми Лу высказала довольно неожиданную просьбу, – думаю, этого будет достаточно.
– По собственной воле я никогда ее не покину.
Вознесшаяся тихо фыркнула себе под нос.
Всю ночь Еру пришлось провести в компании лошадей, которые фыркали за стенкой. Лежака здесь не было – только куча соломы. Неужели во всем обезлюдевшим Хэфане не нашлось лишней комнаты, поэтому нужно заставлять его бренную задницу ночевать в конюшне?! Этот главарь контрольного бюро определенно испытывает его терпение!
«Я терплю такое обращение только потому, что не хочу палить свои способности Глубинной тьмы! – убеждал себя Ер. – Если лохи в ордене узнают, что Рэном овладела Глубинная тьма, точно поднимут переполох, а это нам не нужно!»
Так он и просидел всю ночь, надувшись, на соломе.
«Да как он посмел так обращаться со старейшиной? Да что за имперское бюро вообще?! И где мой чертов ужин?!»
Люди имперского контрольного бюро расположились в городском магистрате. Ю Си привычно занял резиденцию главы. Утреннее солнце еще не озаряло лучами крыши домов Хэфаня, когда он вернулся с тренировки.
– Как наш гость? – уточнил Ю Си у подчиненного.
