– Кирилл Леонидович не твоя собственность!
На что Егор сжал губы в ниточку и, не скрывая раздражения, быстро скрылся в своём царстве дизайна и креатива. Не прошло и секунды, как и оттуда раздался вопль:
– Какого хуя?! – Ему не понравилось наличие новых столов и компьютеров в святилище.
Поблагодарив девочек, Опалихин бросился на амбразуру, в смысле к Егору. Кое-как успокоил его, напомнил, что он сам согласился, показал, что стол сдвинут всего на несколько сантиметров и торжественно пообещал, что ему не придётся заниматься всякой пошлостью, если он сам выберет себе помощника из тех, что – Кирилл глянул на часы – придут через пятнадцать минут.
Огибайлов, невзирая на доводы разума, психовал и кусал свои губы, правда, ровно до того момента, когда Кирилл подошел близко и приобнял его за плечо.
Это простое, но волшебное по сути действие решило все проблемы. Если бы Опалихину пришло в голову в этот момент потребовать от Егора признать его далай-ламой или Папой Римским, то, скорее всего, Огибайлов бы легко согласился и поспособствовал оному всеми силами.
Кирилл не мог не заметить всего этого и чувствовал себя последней скотиной.
Этот необыкновенно длинный день не желал кончаться.
Егор долго и придирчиво выбирал из пятерых кандидатов помощника. Первый сбежал почти сразу, второй и третий продержались до первой шутки Егорушки, четвёртый и пятый, в принципе, понравились Огибайлову, особливо тем, что оба косились только на Катеньку–печатницу, точнее на её выдающуюся на четыре размера женственность.
Кирилл, к тому времени выжатый и вымотанный, только махнул рукой:
– Пусть будут оба, только сам договаривайся с генеральным об их зарплате и обеспечивай работой.
Опалихин уже и не надеялся дожить до священного для каждого работающего человека дня – пятницы. За прошедшее время его укатало агентство так, как не раскатал бы асфальтовый каток, а еще Егорка – парень перешел от намёков к более активным действиям – постоянно ревниво следил за Кириллом, ходил хвостом, если не был занят.
Кирилл бы давно позволил себе нагнуть этого монстрика с дурацким хвостиком-пальмочкой. И не раз. Или вообще оставить в позе до особого распоряжения. Останавливало Опалихина только... Собственно, ничего, кроме усталости, его не останавливало – к концу рабочего дня хоть самого еби. Питание кофе и сигаретами тоже не пошло на пользу: похудел, штаны сваливаются – на обед времени нет.
Но жива еще была надежда, что всё-таки когда-нибудь он сможет расслабиться и наконец заняться личной жизнью. В смысле Егором. Вплотную.
Часть 9
Как никогда пятница виделась Опалихину днём освобождения, днём, когда всё изменится. Зудящее предчувствие не давало расслабиться, заставляло держаться настороже в ожидании. Чего?
День выдался на удивление спокойным, и продуктивным: менеджеры работали на пять с плюсом, печатники вкалывали как звери, монтажники добили все объекты и под музыку, гремевшую в мастерской, собирали очередной заказ. Дизайнеры и программисты... гм... из их кабинета постоянно слышались вопли и дикий ржач. Что они там делали, оставалось за кадром, поскольку Катя и Саша стояли грудью на страже: не пускали туда новеньких и сами не рисковали здоровьем – опытные.
Кирилл немного нервничал от веселья в дизайнерской, но текущие дела всё отвлекали, и он, даже взявшись за ручку, уходил, так и не полюбопытствовав.
Подобное невнимание директора не осталось незамеченным – настроение Егора закатывалось под плинтус.
Благость пятницы нарушила особа, ворвавшаяся в офис в сопровождении мужчины, бежавшего за ней, как пёсик на поводке.
– Я хочу видеть вашего руководителя! – возвестила пришелица.
В менеджерском зале оставалась только Сашенька, все остальные уже ушли или собирались уходить – рабочий день подошел к концу.
– Но...
– Я хочу видеть вашего руководителя! – топала туфлёй в нетерпении особа.
Сашенька пулей метнулась к Кириллу.
– Кирилл Леонидович! Там какая-то... дама! Похоже, с претензией! – Опалихин собирал свой портфель – тоже готовился покинуть офис.
Портфель был отложен, Кирилл тяжело осел в кресло и сжал переносицу, зажмурив глаза. Несколько секунд, и он, проморгавшись махнул рукой девушке:
– Зови! Стой! Найди Егора на всякий случай, если ушел – позвони и найди документы по заказу этого клиента.
Агеева, уже на полном серьёзе боготворившая своего директора, рванулась исполнять.
Егора не пришлось вызванивать – он сидел у себя в одиночестве и что-то нервно рисовал.
Его карандаш местами прорывал бумагу, Огибайлов шипел, ожесточенно тёр ластиком, но продолжал творить.
– Егор! Егор! Там какая-то мадам пришла к Опалихину, похоже, сейчас будет скандал! – потеряв страх, ворвалась Сашенька в дизайнерскую.
– И что? – мрачно отозвался дизайнер.
– Кирилл Леонидович тебя зовёт... – Агеева вспомнила, с кем имеет дело, и снизила обороты.
– Не хочу.
– Ну и скотина ты! – психанула девушка и побежала заниматься документами.
Егор помедлил еще минуту, потом всё же встал и пошел в кабинет директора.
