– Из-за угрозы выкидыша, – тихо выдохнула Суздальцева-старшая.
– Боже мой! – вырвалось у сыщицы. – Разве Аня была беременна?
– Да, уже третий месяц пошёл. Но вы лучше приезжайте сюда. Я сейчас скину вам адрес.
– Да, да! Я приеду немедленно! Только пропустят ли меня к ней?
– Да, я спросила врача. Он сказал, что разрешит вам поговорить с ней.
– А полиция уже приезжала?
– Нет. Врач сказал им, что Аню пока нельзя тревожить.
– А как же я? – растерялась Андриана.
– Я не сказала врачу, что вы сыщица, – призналась Суздальцева-старшая.
– А кто же я? – ещё больше растерялась Андриана.
– Анина крёстная, – покаянно вздохнула Ирина Михайловна.
– Хорошо, я уже еду, – сказала Андриана Карлсоновна. И она на самом деле чуть ли не бегом кинулась к двери и вскоре уже была на своём мотоцикле, как комдив в седле.
Найдя отделение гинекологии, Андриана снизу позвонила Ирине Михайловне. Та спустилась в холл и провела её на второй этаж по выписанному врачом пропуску.
– Вы не забыли, кто вы Ане? – шёпотом спросила Ирина Михайловна, когда они поднимались по лестнице.
– Не забыла, – шепнула Андриана и спросила, опасливо косясь на Суздальцеву-старшую: – А вдруг настоящая крёстная к вашей дочери придёт?
– Не придёт, – обронила Суздальцева-старшая.
– Это ещё почему? – спросила Андриана.
– Потому что её нет, – прозвучало в ответ.
– Ой, простите, – вырвалось у Андрианы, – я не знала. Примите мои соболезнования.
– Чему вы соболезнуете? – грустно улыбнулась мать Анны.
– Раннему уходу Аниной крёстной.
– Не было никакого ухода!
– То есть? – маленькие брови Андрианы поползли вверх.
– В том смысле, что не было у Ани крёстной. Она некрещёная. Сначала мы с мужем оба были против. А потом муж сказал, что Анна должна повзрослеть и сама решить, креститься ей или нет и в какую веру. Больше он ничего сказать мне не успел, так как ему и тридцати не было, когда он погиб.
– Простите, – обронила Андриана.
– Ничего, – вздохнула Ирина Михайловна.
– И Анна не крестилась? – спросила сыщица.
– Нет, даже разговора никогда об этом не заводила.
– А вы?
– И я тоже. А вы сами-то крещёная?
– Ага, – улыбнулась Андриана, – я была младенцем, когда моя бабушка, папина мама, крестила меня тайком от родителей. Призналась она в этом, когда сильно заболела и слегла. Мне в ту пору уже было лет пятнадцать.
– Понятно, – снова вздохнула Ирина Михайловна, – вот ведь как оно бывает в жизни.
Суздальцева-старшая довела сыщицу до палаты, в которой лежала её дочь, тихонько постучала в дверь, потом открыла её и, втолкнув Андриану вовнутрь, закрыла её за ней, оставшись в коридоре. Ирина Михайловна, будучи мудрой женщиной, правильно рассудила, что Андриане Карлсоновне будет проще наедине задавать вопросы её дочери, а Анне будет легче отвечать на них откровенно.
Анна Суздальцева в палате лежала одна. «Откуда у них деньги на одиночную палату», – подумала Андриана Карлсоновна. И в мозгу её промелькнула догадка: «Наверное, Валентина Юрьевна дала, ведь она сама только что потеряла ребёнка и понимает, каково это. К тому же ребёнок Анны, несомненно, от Андрея Яковенко, а значит, Гурьяновой приходится племянником».
Анна, увидев сыщицу, приподнялась и улыбнулась:
– Проходите, пожалуйста, садитесь.
Андриана Карлсоновна взяла стул и придвинула его поближе к кровати больной.
– У вас здесь хорошо, спокойно, – осторожно проговорила она.
– Да, – кивнула Анна, – мама постаралась, заплатила из тех денег, что были у нас отложены на свадьбу.
– Ах, вот как, – разочарованно вырвалось у сыщицы.
Но Анна Суздальцева не догадалась о причине её разочарования.
– Ведь свадьбы всё равно не будет, – едва слышно прошептали губы девушки.
Не зная, как её утешить, и не найдя нужных слов, Андриана просто положила свою маленькую руку на прохладную, бледную, почти как простыня, которой она прикрывалась, руку девушки.
– Расскажите мне, пожалуйста, как это всё случилось.
Она не сказала, что именно, но Анна и так догадалась, что сыщица просит рассказать о нападении на неё.
– Я допоздна задержалась в библиотеке, – начала она. Запнулась и снова продолжила: – Мне нужно было составить отчёт и плюс к этому приготовиться к приезду областной комиссии. Я всех уже отпустила, а когда вышла из здания сама, было уже темно. Честно говоря, я и не заметила, как время пролетело. Вроде бы за окном только что светло было.
– И что вы сделали, когда вышли из библиотеки?
– Проверила сигнализацию, закрыла дверь, быстренько пробежала через парк.
– Там что, уже никого не было?
– Что вы! В парке были люди! Просто я торопилась домой. Можно сказать, навёрстывала упущенное время.
Андриана не поняла этой фразы девушки, но уточнять не стала.
– Что было дальше? – спросила она.
– Я подошла к дороге и стала ждать, когда зажжётся зелёный свет. Я уже сделала шаг или два. Не помню. Помню только, что из-за куста жимолости, что растёт прямо на самом краю, вывернулся тёмный силуэт.
– Как вы заметили силуэт?
