Девушка непонимающе посмотрела на него.
– Ну и вопросы у тебя, дружок… – Анна-Мария взъерошила черные короткие волосы. – А сам как думаешь?
– Не знаю… Мы же их должны защищать. Нет?
Девушка щелкнула его по носу.
– Ох, Хави, дурачок ты все-таки. Мы должны только тем, кто этого сильно хочет. И не бесплатно. Разве твоя семья отдает кому-то урожай без денег? А? Странно, правда?
– Решаете вопросы морали, compadres? – Алехандро подошел тихо и незаметно. – Хави? Анна-Мария?
– Да. – Хавьер встал, неловко отряхивая брючины. Перед Алехандро он всегда робел, пусть тот и смотрел на здоровяка снизу вверх.
– Сестра, проверь посты. А я пока поговорю с нашим другом.
Анна-Мария отошла. Песок под ее подошвами не скрипел и не шуршал. Выучка боевых групп начиналась с малого детства. И ходить правильно… это умение становилось одним из первых усвоенных. Хавьер по сравнению с ней казался себе жирным мутировавшим гигантским опоссумом.
– Что за сомнения, Хави?
Хавьер пожал плечами.
– Не мнись, отвечай.
– Алехандро… я не понимаю, почему мы должны жечь их?
Круз-старший вздохнул. Сел рядом.
– Мы живем на то, что нам платят. И за деньги защищаем всех жителей провинции. Твоих в том числе. Нет, конечно, каждая семья может закупить оружия побольше, стены сделать повыше и перестать нам платить. Тогда придут другие и заберут у них все. И у твоих тоже. А нам, Круз, придется или уходить, или забирать все силой и оставлять все как есть, только честных отношений не будет. Как хотелось бы тебе, Хави? Неужели тебе хотелось бы увидеть, как Анна-Мария пристрелит вашу madron? Или как я доберусь до твоих сестренок?
Хавьер помотал головой. Воевать с семьей Круз ему не хотелось совершенно. Особенно после года, проведенного среди них. И не из-за дружбы. Просто ему стало страшно.
– Все хотят вкусно есть и мягко спать. Только цена за такое всегда высокая. Мы платим ее кровью. Нам платят серебром и натурой. Нас это устраивает, и большинство семей провинции – тоже. Но недовольные были, есть и будут. И это надо пресекать сразу. Как некоторые гринго, те, что не трусы, поступают в пустыне с собой, если их касается рука дьявола? Нож в огонь, и отрезать кусок себя. Тогда выживешь. Вот мы как раз такой нож… станем через несколько часов. Есть вопросы, ombre?
Хавьер вновь помотал головой. Их и впрямь не осталось. Жизнь – штука суровая.
Деревенька проблем не создала. Совсем.
