Тут она вдруг прервала куплет, и сказала:
– Идем, я уже стряхнула испорченное настроение, вызванное видом Лаксуса и его дешевой короны. Поговорим о деле. Сначала я хочу тебе кое-что сказать. То, о чем мы с тобой беседовали, не выходит у меня из ума уже два или три месяца, с тех пор как Кориниус воевал в Пиксиленде. Так что, когда пришла весть о том, что мой муж разбил войско демонов и выгнал Джасса и Брандока Даха, как бездомных бродяг, в Моруну, я поручила Виглусу отправить ему письмо с сообщением, что наш Король назначает его королем Бесовии. В нем я писала, что корона Демонланда была бы для нас более достойной наградой за храбрость, и сверкала бы ярче, чем корона Бесовии. Я просила его убедить Короля Горайса послать войско в Демонланд и назначить его командующим. А если он сам не сможет сейчас вернуться домой с этой просьбой, просила дать мне возможность, как послу, предстать перед Королем, изложить ему дело и просить назначить Корунда.
– В тех письмах, которые я привез тебе, содержится ответ? – спросил Гро.
– Да, – ответила она. – Но это ответ лизоблюда, что унизительно для великого воина. Увы, о моем долге жены теперь нет и речи, мне хочется браниться последними словами.
– Я отойду в сторону, миледи, – сказал Гро, – если тебе захочется облегчить душу без свидетелей.
Презмира рассмеялась.
– До этого еще не дошло, – ответила Презмира, – но я злюсь. Предприятие, которое он предлагает, продумано до конца, и я имею полномочия изложить все Королю как бы его устами, и добиться одобрения. Но он не собирается возглавлять его, он предлагает назначить военачальником Корсуса или Кориниуса. Постой, я прочитаю.
Она остановилась возле одного из факелов и вынула письмо из-за корсажа:
– Ах, оно слишком откровенное. Не буду унижать моего мужа чтением такого письма даже тебе.
– Ну, – сказал Гро, – будь я Королем, я бы поручил сокрушить Демонланд именно Корунду. Может быть, он пошлет Корсуса, который в свое время совершал подвиги, но, по моему мнению, для такого предприятия он не годится. А Кориниусу Король вряд ли простил промах на пиру год назад.
– Кориниус! – воскликнула Презмира. – Так ты думаешь, что разгром моей любимой родины не достоин награды, и что он не вернул себе милость Короля?
– Думаю, что нет, – сказал лорд Гро. – Кроме того, он безумно зол, что сорвал этот колючий плод для того, чтобы его съел другой. Сегодня в пиршественном зале он вел себя безобразно самоуверенно, раздражал Лаксуса колкостями, хватался за меч, отпускал грязные шуточки и открыто заигрывал со Сривой, хотя не прошло и месяца со дня ее обручения с Лаксусом. Я не удивлюсь, если еще до конца пира не прольется кровь. И я думаю, что он не пойдет на войну, если ему не будет точно обещана награда. Мне кажется, Король, зная его настроение, не только не поручит ему нового дела, но даже не даст ему права с почетом отказаться.
Они стояли около арки ворот, открывавшихся на террасу из внутреннего двора. Из большого пиршественного зала Горайса XI еще доносилась музыка. Под аркой и в тени огромных контрфорсов затаилась чернота, в которую не проникал свет факелов.
– Ну что, милорд, – спросила Презмира. – Твоя житейская мудрость одобряет мое решение?
– Да, ибо каково бы оно ни было, оно твое, о королева.
– Каково бы оно ни было! – воскликнула она. – Ты еще сомневаешься? Что я еще могу решить, как не просить аудиенции у Короля прямо с утра? Разве не об этом меня просит муж?
– А если твое рвение перейдет границы его просьбы в одной подробности? – спросил Гро.
– Именно! – сказала она. – И если я завтра до полудня не принесу тебе известие, что объявлен поход на Демонланд, и что милорд Корунд возглавит его, и подписаны письма о том, чтобы его немедленно отозвали из Орпиша…
– Тс-с! – сказал Гро. – Во дворе шаги.
Они повернулись к арке, и Презмира еле слышно пропела:
